- Что? Может ты, сначала, прожуешь, прежде чем отвечать? - Юки раздраженно повернулась к Жбансу и увидела забавную картину. Писатель изо всех сил пытался то ли разжать челюсти, то ли раскусить до конца злосчастный пирожок. На его лице воцарилось то самое выражение боли, которое чародейка видела у посетителей "Картональдса", только в данном случае, без примеси удовольствия. Сумев, наконец, оторвать кусочек, Жбанс с трудом прожевал его и с видимыми усилиями проглотил.
- Как они вообще едят эту гадость? Из этого можно стены строить! - писатель постучал пальцем по твердокаменному кулинарному изделию, после чего принялся ощупывать свои зубы. - А ведь там было довольно много посетителей, - сказал он оборачиваясь назад. Здания "Картональдса" уже не было видно. - Может дадим попробовать Асе? Он, наверняка, оценит!
Енот одним коротким взглядом выразил все, что думает о Жбансе и демонстративно отвернулся.
- Ты не ответил на мой вопрос, - напомнила Юки писателю. Тот состроил серьезную мину. Было видно, что отвечать ему не очень-то хочется.
- Знаешь, - начал он. - Мне этот город не понравился с самого начала. Я даже не могу толком объяснить, что же в нем такого, но... Все эти люди - он беззастенчиво ткнул пальцем куда-то вперед. - Они выглядят, как пустые листы бумаги. Красивые, ровные, кристально-чистые. Ими можно любоваться, думать о них, можно поглаживать их в предвкушении... это я про листы бумаги, - поспешил уточнить Жбанс, заметив удивленно вскинутые брови чародейки. - Но чем-то настоящим они станут лишь тогда, когда человеческая рука нанесет на них буквы, слова, строки. Наполнит их смыслом. Посмотри - мне кажется, что жизнь этих людей так же бессмысленна, как бумага, не познавшая чернил, как разум, не наполненный мыслями. Ты скажешь мне, что я сужу по первым впечатлениям. И будешь права. Но я вижу перед собой смеющихся, довольных, счастливых людей, и чувствую фальшь. Они ходят по улицам в красивой одежде, покупают зеркалайпы и самодвижущиеся кареты - для чего? - Жбанс замолк, пытаясь подобрать нужные слова. - Вот что. Здесь нет искры. Нет реальности. Нет настоящего счастья. Туман, иллюзия. Не знаю, как это объяснить. Все-таки, это ты у нас страннолог, а не я! - улыбнулся он.
- Я думала ты писатель. А ты, оказывается, философ.
- Все писатели немного философы.
Чародейка крепко задумалась. Рассуждения Жбанса натолкнули ее на новые мысли. Можно ли погрузить целый город в иллюзию? Вряд ли. Совместных усилий всех чародеев мира не хватит, чтобы провернуть подобный фокус. Тем более, что в нем нет смысла. Даже если это было возможно, такая иллюзия была бы крайне нестабильной, и любой сторонний человек, вошедший в ее поле, моментально нарушил бы поддерживающие ее внутренние связи, что незамедлительно привело бы к ее рассеиванию. Нет, писателю может казаться, что все в этом городе иллюзорно, но сам город реален до неприличия. Что, в свою очередь, только усугубляло всеобщее положение вещей. Страннолог внутри Юки ревел от негодования, но не мог найти ровно никаких зацепок, могущих указать на источник аномальности всего происходящего в Ветроиде.
- П-с-с!
Звук был таким внезапным, и так выделялся на фоне привычного уже дребезжания самодвижущихся карет, что Юки вздрогнула от неожиданности и остановилась.
- Ты чего? - спросила она у Жбанса.
- М-м-м? - не понял тот, останавливаясь вслед за ней.
- Что за п-с-с?
- Какое еще п-с-с?
- Ты только что сказал п-с-с!
- Не говорил я никакого п-с-с, тебе послышалось.
- Послышалось? - неуверенно переспросила Юки и встряхнула головой. - Да, вполне может быть. Я слишком глубоко задумалась.
- О да, такое случается, - понимающе закивал писатель.
Они секунду помедлили и снова зашагали по дороге. Однако, не успели пройти и двух шагов, как звук раздался вновь.
- П-с-с!
Юки остановилась.
- Ну вот опять!
- Погоди, я тоже это слышал!
- Конечно, трудно не услышать звуки, исходящие из собственного рта...
- Да нет же, это не я!
- Еще и так громко!
- Говорю же - не я!
- У меня такое чувство, будто кто-то п-с-сыкает прямо над ухом!
Чародейка принялась нервно оглядываться.
- П-с-с-п-с-с!!!
- За тем углом! - воскликнул Жбанс и указал на большой дом справа от них.
- М-г-х-м! - негодующе заурчала Юки.
Писатель и чародейка стремительно свернули с дороги и зашли за угол высокого здания. Их взору открылся небольшой дворик, в котором, каким-то чудом, наличествовала тень. И в этой тени стоял человек в черном плаще, который, похоже, прилагал все усилия, чтобы казаться незаметным. Правда, пытаться делать это на фоне светло-бежевой стены в его одеждах было проблематично. Даже ночью. Даже в новолуние. Что уж говорить про полдень.
- П-с-с! - громким, пробирающим до костей шепотом прошипел человек в плаще. - Я здесь!
Юки отпустила Асу на землю и уперла руки в бока.
- Да, мы видим.
Человек явно смутился.
- Правда?
- Определенно. Твой черный плащ идеально подходит к этой светлой стене.
- Вот черт, - человек отклеился от дома и подошел ближе к чародейке и писателю.
- Зачем ты нам п-с-сыкал? - спросила Юки.
