Гораздо труднее говорить о другой возможности, которой не смог достигнуть никто из писателей нового времени. Был по крайней мере один писатель — Уильям Шекспир, который выходит за рамки всех классификаций. Нет никаких доказательств, что творчество Лермонтова при достаточной продолжительности его жизни могло достигнуть шекспировских высот, кроме одной небольшой детали, о которой уже говорилось выше. В отличие от почти всех остальных великих деятелей литературы, Шекспир и Лермонтов обычно писали свои произведения почти без поправок, что свидетельствовало об определенном сходстве их творческого метода. Отмечая это сходство, можно напомнить, что талант Шекспира также развился не очень быстро. Если бы он умер в возрасте 26 лет, то его имя не вошло бы в историю литературы.
Способность создавать шедевры не тяжелым трудом, т. е. путем их многократных исправлений, а за короткое время творческого вдохновения, даже в наше просвещенное время производит впечатление некоторого чуда. Такая способность заставляет вспомнить о тесной связи предка Лермонтова с королевой фей, ревность которой ограничила время его поэтического творчества. Хотя феи в древней мифологии занимали более скромное место по сравнению с богами античности, к этой ситуации все же применимо старинное изречение «любимцы богов умирают молодыми», которое является возможным поэтическим объяснением безвременной смерти Лермонтова.
Поэт и чернь. Положение А. С. Пушкина в современном ему обществе было непростым. Уже в молодые годы он ясно понял значение своей литературной деятельности и ожидал, что это значение будет широко признано. Нельзя сказать, что надежды Пушкина при его жизни совсем не оправдались. Он рано стал известен как лучший русский поэт, его стихи оценивались книгоиздателями намного выше по сравнению с сочинениями других русских писателей.
Однако в официальной России первой половины XIX в. поэты не занимали сколько-нибудь видного места. Как хорошо знал Пушкин, значение каждого члена дворянского общества определялось его служебным положением и состоянием. Ни того, ни другого у Пушкина не было. Его служебная карьера сложилась крайне неудачно, незначительные доходы от принадлежавших Пушкину в последние годы его жизни земельных владений не обеспечивали расходов на содержание семьи.
Этой простой причиной, возможно, объяснялся так называемый аристократизм Пушкина — его стремление подчеркнуть знатность рода Пушкиных, часто проявлявшееся не только в его разговорах и переписке, но и в публиковавшихся сочинениях. Можно понять, что таким путем Пушкин хотел поднять общественный авторитет своей деятельности и оградить себя от презрительного высокомерия высокопоставленных и богатых членов дворянского общества.
Интерес Пушкина к обсуждению заслуг своих предков удивлял его друзей и вызывал насмешки со стороны врагов. Одной из попыток Пушкина рассчитаться с такими насмешками было известное стихотворение «Моя родословная».
Легко понять, почему внимание Пушкина к своей родословной казалось странным даже близким к нему людям. После отмены местничества в конце XVII в. и введения Табели о рангах в начале XVIII столетия представление о значении заслуг предков в дворянской России довольно быстро сменилось представлением о значении личных (действительных или мнимых) заслуг, которые оценивались абсолютным монархом. Неудивительно, что уже в XVIII в. высшие места в государстве часто занимали люди очень низкого с точки зрения дворянского общества происхождения. Осуждение такого хода дела в «Моей родословной» было вряд ли оправданным.
Можно думать, что рассуждения Пушкина о знатности его рода были не очень серьезны и часто содержали элементы литературной мистификации. Например, он включал в число своих предков известных в истории XVII в. Пушкиных, от которых он не происходил. По-видимому, Пушкин, прекрасно знавший отечественную историю, на самом деле понимал, что его предки особой знатностью не отличались. Ему было ясно, что подлинной аристократией средних веков были удельные князья, от которых происходили многие его друзья и знакомые. К числу этих друзей относился, в частности, известный поэт князь П. А. Вяземский, которому в голову не приходило писать стихи о знатности своих предков.
Характерно для непоследовательного отношения Пушкина к истории его рода, что при случае он красочно описывал преступления своих дедов и прадедов, что отнюдь не повышало престижа его предков.
В связи с этим можно полагать, что Пушкин вряд ли придавал действительное значение вопросу о знатности своего происхождения и что его высказывания на эту тему были просто малоэффективной формой защиты от высокомерного и недоброжелательного отношения к нему светской черни.
