На один из кораблей назначил он капитаном некоего Педро де Арану, уроженца Кордовы, человека весьма уважаемого и разумного, брата матери Эрнандо Колумба, второго сына адмирала и двоюродного брата того самого Араны, который остался с 38 христианами [147] в крепости [Навидад]. Людей же этих адмирал нашел по возвращении своем [на Эспаньолу] убитыми.
На другом корабле капитан звался Алонсо Санчес де Карвахаль. Был он рехидором5 города Басы, достойным рыцарем.
На третьем корабле капитаном был Хуан Антонио Коломбо6, генуэзец, родственник адмирала, человек опытный, прозорливый и авторитетный, с которым я не раз беседовал.
Адмирал дал им надлежащие инструкции, и в этих инструкциях указывал, что каждый из капитанов сменяет друг друга на посту капитан-генерала7 флотилии из трех кораблей по истечении недели.
В части навигационной требовал он, чтобы ночью зажигались сигнальные фонари – лампы, которые помещаются на корме корабля и дают возможность другим судам флотилии следовать за своим флагманом в направлении, в котором он ведет эскадру.
Адмирал приказал капитанам трех кораблей следовать курсом на запад, четверть к юго-западу, 850 лиг вплоть до острова Доминики. А от Доминики плыть к западо-северо-западу, к острову Сан-Хуан, и достичь южного его берега, ибо таков был прямой путь к Новой Изабелле, ныне называемой Санто Доминго. Пройдя остров Сан Хуан, следовало оставить к северу остров Мону и направиться к тому пункту Эспаньолы, что носил название «Сан Рафаэль» и который ныне называется «Мысом обмана». Оттуда же надлежало идти к Саоне, бухте, о которой адмирал отзывался как о хорошей гавани, лежащей между Сан Рафаэлем и Новой Изабеллой. В семи лигах далее находится еще один остров, от которого Новая Изабелла расположена в 25 лигах и который теперь называется «Санта Катерина».
Адмирал приказал капитанам кораблей в любом месте, куда бы они ни пришли и где бы они ни высаживались, запасаться свежей провизией и путем обмена добывать все, в чем явится необходимость. Ведь как бы мало ни давали они индейцам, пусть даже каннибалам, которые, как говорят, едят человеческое мясо, они тогда имели бы возможность получить все, чего только они пожелали бы, и индейцы давали бы им все, чем они владеют. Однако, если бы испанцы применили силу, индейцы постарались бы спрятать свое достояние и настроились бы на враждебный лад.
Далее указывалось в инструкции, что сам адмирал идет к островам Зеленого мыса, которые в старину одни называли «Горгодами», а другие «Гесперидами»8, с именем святой троицы на устах и с намерением плыть далее к югу вплоть до линии экватора, а оттуда следовать на запад в поисках новых островов и земель до тех пор, пока не останется на северо-западе остров Эспаньола.
«Господь наш, – говорит адмирал, – да ведет меня и да позволит мне выполнить то, что угодно ему и королю с королевой, нашим сеньорам, и что направлено к славе христиан; ибо верю я, что никто еще не ходил никогда этим путем, и море это совсем неведомое».
Так заканчивает адмирал свою инструкцию.
Итак, взяв воду, дрова и провизию, в частности сыр, а сыра на Гомере много и отличного на вкус, адмирал приказал поднять паруса и со своими шестью кораблями вышел в путь в четверг 21 июня, по направлению к острову Иерро, который находится примерно в 15 лигах от Гомеры и является самым западным из всех семи островов Канарской группы. Пройдя остров Иерро, адмирал с одним кораблем и двумя каравелла ми отправился дальше своим путем и во имя святой троицы отослал другие три корабля. На заходе солнца корабли разлучились, и три судна взяли курс на остров Эспаньолу. В этом месте дневника адмирал напоминает королям о договоре, заключенном с королем Португалии, в котором говорится, что португальцы не должны заходить к западу от Азорских островов и островов Зеленого мыса, а также о том, как призвали его, адмирала, короли для того, чтобы он участвовал в работах по демаркации; он не мог, однако, приехать из-за тяжелого недуга, которым заболел, открывая материковую землю Индий, т. е. Кубу, которую он всегда считал материком, ибо не мог он обойти ее вокруг, и добавляет, что в то же самое время умер король дон Жуан II и кончина его произошла прежде, чем оказалось возможным осуществить работы по демаркации9.
Следуя своим путем, адмирал дошел до островов Зеленого мыса, которые, по его мнению, названы так ошибочно, – он не видел здесь ни одной травинки – сухи и бесплодны эти земли.
Первым замечен был остров Саль, и было это в четверг, 27 июня. Остров этот мал. Оттуда адмирал направился к другому острову, который известен под именем Буэнависта, бесплодному из бесплоднейших островов. Здесь стали корабли на якорь в заливе, за крохотным островком. На остров Буэнависту привозят для лечения всех португальских прокаженных. Всего же на нем шесть или семь домов. Адмирал приказал послать к берегу лодки и запастись солью и мясом. Мяса здесь много, так как на острове имеется множество коз. Прибыл на корабли мажордом, в чьем владении состоит остров, Родриго Алонсо, эскривано асьенды короля Португалии10.
