Поскольку рабби был неимоверно знаменит и праведен, то место, где он упокоился, немедленно вошло в моду, и за право быть здесь похороненным начали биться не на жизнь, а на смерть лучшие люди эпохи. Похожая история произошла и с новоустроенным кладбищем Пер-Лашез в Париже — там, чтобы приманить покойничков, похоронили якобы череп Мольера, до того обитавший в «Комеди Франсез». И так же получилось в Переделкино после похорон Пастернака и в поселке Комарове под Питером, кладбище которого украсила собой Анна Ахматова, и теперь туда простому человеку не пробиться. Так вот, здесь, в пещерах, — более двухсот саркофагов, и мы с гордостью отметим, что сразу так много саркофагов не находили нигде! На многих саркофагах есть изображения зверей и птиц, и даже люди встречаются, что наводит на мысли, изложенные в главе об искусстве. По надписям понятно, что народишко тянулся сюда аж из Бейрута, Антиохии и Сидона. Город разрушили после очередного еврейского восстания. В тридцатых—сороковых годах XX века в этих пещерах в тайне от англичан проводили стрельбища и хранили оружие…
Здесь мы рекомендуем посетить находящееся неподалеку местечко под названием Циппори, потому что там сохранилось множество дивных мозаик, самая знаменитая из которых получила прозвище «Мона Лиза из Галилеи». Кроме того, в одном из домов нашли сортир со сливной системой, а в ванной комнате — надпись «Гигиена» на греческом языке!
Вообще-то это поселение существует аж со времен Иисуса Навина. И масса диковинных событий происходила в нем: так, например, в 37 году до н. э. царь Ирод попал здесь в снежную бурю. Надо же такому случиться! (С тех пор здесь снега в глаза не видели.) Здесь жили родители Девы Марии — Иоахим и Анна, здесь при крестоносцах (тогда это место называлось на французский манер Ле-Сифори) останавливался король Ги. И именно в здешней церкви 2 июля 1187 года собрался военный совет перед решающей битвой с Саладином у Карней-Хиттин.
Короче, все это (и много другого) было здесь, здесь, здесь, именно здесь!!!
Вернемся, однако, к людям, чьи характер и дела наложили неизгладимый отпечаток на будущую Армию обороны Израиля.
Наш следующий персонаж выходит на сцену, когда с нее сходит Александр Зайд. Его имя — Чарльз Орд Вингейт. Евреи звали его — Друг. В отличие от дальнего своего родственника Лоуренса Аравийского он встает на сторону евреев. Вингейт родился в Индии в семье военного, закончил Британскую военную академию, послужил в Африке и в чине капитана прибыл в Палестину в 1936 году.
На протяжении истории время от времени появляются люди, которых некая иррациональная сила так и тянет к еврейскому народу, и Вингейт был одним из них. «Когда я приехал в Палестину, — писал он, — то обнаружил там народ, на который в течение многих веков глядели свысока, который был презираем, но который остался непреклонным и начал заново строить свою страну. Я почувствовал себя частицей этого народа».
С Библией в руках он обошел всю страну. В это время по всей Палестине полыхал арабский мятеж, направленный не только и не столько против евреев, сколько против англичан. Вингейт уговорил начальство создать ночные эскадроны особого назначения и туда, вместе с английскими военными, брать евреев. Своему родственнику, занимавшему высокое положение в британской иерархии, он сообщил: «Я видел молодых евреев в киббуцах. Уверяю тебя, из них могут получиться солдаты получше наших. Их надо только обучить». И Вингейт взялся за обучение. Через некоторое время он пишет: «Евреи доказали свою способность быстро овладевать необходимой по ночам тактикой, они дисциплинированны и самоотверженны». «Евреи научат арабов бояться ночи больше, чем дня» — это тоже слова Вингейта. Он оказался прав. История любит красивые совпадения: первое сражение бойцы Вингейта провели в арабской деревне Дабурия, напротив той самой еврейской деревни Кфар-Тавор, где при участии Александра Зайда была создана организация «Ха-Шомер» — «Страж».
Профессионализм, ясность и незаурядность военного мышления Вингейта наложили неизгладимый отпечаток на его молодых бойцов. А среди них были лучшие военачальники будущей израильской армии: Моше Даян, Игаль Алон, Хаим Ласков, Яков Дрори.
Вингейт страстно жаждал союза Британии и евреев: «На Ближнем Востоке полагаться можно только на евреев». Такая точка зрения находилась в полном противоречии с точкой зрения мандаринов Форрин-офис. Вингейта отозвали в Англию. «Вингейт — хороший солдат. Однако… интересы евреев в его глазах важнее интересов Британии. Не следует давать ему возможность еще раз прибыть в Палестину» — такая характеристика появилась в его личном деле.
Познакомившись с Вингейтом, Черчилль замечает: «Я чувствую себя в присутствии великого человека». Черчилль не был щедр на подобные замечания. Позднее он назовет Вингейта «гениальным».
В 1942 году Вингейт назначен командующим британскими войсками в Бирме.
