— А можно я вместо этого покатаюсь на велосипеде? — Кортни не особенно прельщала перспектива разбирать одежду для отправки в Китай. Может, через несколько лет ей и будут нравиться беседы с бабушкиными друзьями, но сейчас Кортни находила их скучными. Они только и говорили, что о своих болячках.
— Куда ты поедешь? — спросила бабушка.
Целых три года отец ее практически не контролировал; обязанность отчитываться бабушке, куда она пойдет и что будет делать, тяготила Кортни.
— Наверное, загляну в «Путеводную нить», отвезу куски, которые ты связала.
Такую поездку бабушка наверняка одобрит.
— Конечно поезжай! Кстати, передай от меня привет Лидии.
— Передам.
Схватив шлем и перчатки, Кортни спустилась по лестнице. Ее переполняли тоска и досада. Она старалась помочь Энни, а в результате получила одни оскорбления. Может, на велосипеде она сожжет обиду.
В довершение всего утром Кортни взвесилась и увидела, что поправилась на полкило. Целую неделю она отказывала себе во всех вкусностях и рассчитывала похудеть, но почему-то поправилась.
— Когда ты вернешься? — осведомилась бабушка, когда Кортни направилась к кухне, чтобы оттуда выйти к гаражу.
— Скоро.
— Деньги у тебя есть?
— Ага.
Кортни не стала задерживаться, иначе бабушка засыпала бы ее вопросами. Ей хотелось сбежать, крутить педали, чтобы шею грело солнце, а в лицо дул ветер. К черту Энни! Надоело помогать, когда тебя не просят, надоело разговаривать, когда тебя не хотят слушать. Она раскрыла Энни душу, сказала ей больше, чем кому бы то ни было, но оказалось, что она только зря сотрясала воздух.
До Цветочной улицы Кортни добралась почти без сил. Повернув за угол, она увидела вывеску «Путеводной нити».
Напротив находилось «Французское кафе». В витрине красовались соблазнительные пирожные.
Кортни притормозила и остановилась у магазина пряжи. Заставляя себя не глазеть на кондитерскую, она посмотрела в витрину «Путеводной нити» и увидела, что на подоконнике, свернувшись клубочком, сладко спит Уискерс. Лидия занималась с покупательницей, Маргарет тоже. Даже если Кортни сейчас войдет, ни у одной из них не будет времени общаться с ней. Ее жадный взгляд сам собой устремился к кондитерской.
На прошлой неделе Бетани живописала шоколадные эклеры, которые пекут во «Французском кафе». Лидия похвалила и тамошние круассаны, а потом призналась, что тоже очень любит эклеры. Их послушать, они эклеры дюжинами лопают — и при этом по ним ничего не видно. Ни у Лидии, ни у Бетани нет ни грамма лишнего веса!
Всю неделю Кортни практически голодала, но не похудела, а, наоборот, поправилась. Ей все труднее было придерживаться своей диеты «минус П». А сейчас она, оказывается, еще и растолстела… Какая несправедливость!
Она снова заглянула в магазин пряжи, а потом бросила взгляд на кондитерскую. Лидия распространялась не только о пирожных. Она с гордостью сообщила всем: во «Французском кафе» работает одна из ее первых учениц! Ее зовут Аликс; Лидия специально подчеркнула, что имя пишется через «и», а не через «е».
По утрам Аликс работает на кухне, а по вечерам — правда, не каждый день — официанткой. А еще она учится в кулинарной академии. Наверное, она действительно здорово умеет печь всякие вкусности. Пятидолларовый банкнот жег Кортни карман. Эклеры начинаются не на букву «П». Правда, эклеры — пирожные, а пирожные — точно на «П»… Ну и ладно, на такую мелочь можно не обращать внимания.
Умирая от желания съесть что-нибудь сладкое, Кортни перевела велосипед через дорогу и прислонила его к стене здания. Не похоже, чтобы девушка, стоящая за прилавком, любила вязать. Потом Кортни прочитала ее имя на табличке. Аликс, через «и». Бабушка права — внешность бывает обманчива.
— Вы Аликс? — спросила она.
Девушка кивнула:
— Мы знакомы?
— Скорее всего, нет. Просто я хожу к Лидии на уроки вязания.
Аликс тут же просияла:
— Ты, случайно, не Кортни?
Удивленная, Кортни кивнула:
— Лидия обо мне рассказывала?
— Ага. Ты в курсе, как сейчас у них с Брэдом?
Кортни с трудом оторвалась от созерцания шоколадных эклеров с заварным кремом, которые лежали на блюде, украшенном бумажной салфеточкой.
— Что значит — как у них сейчас? — спросила она.
— Ну, с тех пор, как они расстались.
— Мне известно не больше, чем вам.
— Надеюсь, все у них наладится. — В голосе Аликс слышалась неподдельная забота.
— Сколько стоит шоколадный эклер?
Пирожные с виду совсем крошечные; наверное, одного будет мало.
Аликс назвала цену, и Кортни подсчитала, во сколько ей обойдутся два пирожных с налогом. А запьет она их кока-колой, обычной, а не диетической! Осточертело пить газировку без сахара. Кутить так кутить! Зачем лишать себя радостей жизни?
— Лидия говорила, ты худеешь. Снимаю перед тобой шляпу. Худеть трудно, — ласково сказала Аликс.
Кортни кивнула.
— Я сварю тебе шоколад на обезжиренном молоке без сахара.
Кортни ужасно хотелось эклерчик, но…
— Шоколад на молоке? — Задумавшись, она поняла, что ей сейчас предлагают не просто низкокалорийную замену пирожному, а дружбу. Дружба важнее калорий!
— Хорошо, выпью шоколад. — Она постаралась ответить с воодушевлением.
Аликс улыбнулась:
