Дядя Суат совершенно искренне приглашал нас в ресторан, куда они часто ходили с дядей Девримом. Тетя Эсма вмешалась прежде, чем он успел забронировать стол.
– В этом нет необходимости, Суат. У Зехры дома очень вкусная еда и десерты. Все уже готово. Как только представление закончилось, она отправилась домой накрывать.
Вот почему ни тети Зехры, ни дяди Орхана, ни Седата не было здесь. Как бы там ни было, идея поесть вкусной еды мне очень нравилась.
– Не думаю, что нам стоит разбивать сердце тети Зехры сейчас.
Когда я вмешалась, дядя Суат убрал телефон обратно в карман своего пиджака.
– Тогда мы поедем к вам.
Когда Церен узнала, что я ухожу с курсов, она никак не хотела это принимать. Она сказала, что это представление следует показать еще много раз. Но без меня оно будет неполным, не будет Полярной звезды. Я взяла ее руки в свои, посмотрела ей в глаза и попросила заменить меня в качестве Полярной звезды. Она снова попыталась протестовать, но я слишком крепко прижалась к ней. Крепко обнимая меня и понимая, что я твердо решила уйти, она расплакалась. Прощание с Церен разбило мне сердце больше всего. Это было больно. Я никогда не думала, что так привыкну к ней, и теперь необходимость оказаться отрезанной от человека, который так много для меня сделал, вызвала у меня глубокое потрясение.
Еще раз поздравив своих товарищей по танцам и попрощавшись с ними, мы вышли на улицу, направились к машинам и отправились домой, не останавливаясь по пути.
По дороге домой Сенем почти не говорила, потому что я рассказывала госпоже Севде о том, как прошли наши месяцы здесь, я старалась не говорить о проблемах между нами, чтобы не расстраивать ее. Мы обе совершили большие ошибки. Но в конце концов мы выучили урок. Я забочусь о Сенем, а Сенем заботится обо мне. Она не собиралась отпускать меня.
Вернувшись домой, тетя Эсма помогала тете Зехре, пока я накрывала большой стол в саду с едой. По их настоянию я переоделась. Тетя Эсма выбрала для меня черную футболку, рваные узкие джинсы и вытащила корону из гвоздик из моих волос, я безропотно переоделась в то, что она выбрала. Мне нравится, как выглядят мои волосы сейчас, хоть они и немного потускнели, как мне казалось. На самом деле, вместо того чтобы принять душ, я решила провести в таком виде еще немного времени. Эта прическа понравилась мне настолько, что я предпочла не разбирать ее.
Ужин прошел очень весело. Демир сидел рядом со мной, и мы разговаривали про мои страхи перед выступлением. Он рассказывал о моем приключении с таким энтузиазмом, что я одновременно смущалась и теряла дар речи. Мне приходилось постоянно толкать его рукой. Ему было все равно на мои попытки заставить его замолчать, он смеялся надо мной и заставлял всех за столом заходиться хохотом. Поначалу я была смущена, а потом смеялась вместе с остальными.
Атмосфера была теплой и комфортной. Было чувство, что я действительно нахожусь в кругу семьи. До этого у меня были только Мустафа и Сенем. Моя семья разрослась до трех человек, и теперь в нее вошел Демир. Это были люди, которые волновались за меня, волновались за нас. Здесь было полно людей, готовых на все ради нас. Даже несмотря на отсутствие некоторых друзей, все, кого я любила, были здесь со мной во главе.
Улыбки не сходили с наших лиц на протяжении всей трапезы. Но госпожа Севда, сидевшая напротив меня, не забывала наблюдать за дядей Суатом. Она не оставляла его ни на минуту. А я разделяла ее любопытство. На лице тети Мельтем отражалась беспокойство, но я продолжала есть свою еду, стараясь не обращать внимания на это. Даже если я знала большинство фактов, это было не мое дело, и я решила не вмешиваться.
После ужина я положила голову на плечо Сенем в уголке сада. Мы вместе ели вкусный запеченный рисовый пудинг тети Зехры. Тут тетя Мельтем подошла ко мне и, взяв за руку, попросила подойти с ней к дяде Суату. Я беспокоилась насчет того, о чем они будут со мной говорить.
– Я так рада, что вы с моим сыном наконец-то вместе, Ниса.
Когда тетя Мельтем говорила это, ее глаза были устремлены на меня. Затем она переключилась на Демира. Он сказал, что ему позвонил двоюродный брат из Стамбула. И сообщил, что сожалеет, что не смог приехать на шоу.
– Я очень рада, что теперь мы вместе, тетя Мельтем, – призналась я, не в силах отвести взгляд от Демира.
В отличие от меня, он не сменил одежду, только снял белый галстук-бабочку. Он расстегнул верхние пуговицы рубашки и заправил ее в брюки. Его вид был слегка небрежным. Всякий раз я с трудом могла побороть странное желание, которое щекотало меня, когда я смотрела на него.
Тут телефон снова зазвонил, он ответил и начал с кем-то разговаривать.
– Впервые за последнее время я вижу Демира таким полным жизни. Ты ему очень дорога. Он действительно счастлив с тобой.
Несколько месяцев назад у нас уже был похожий разговор с дядей Суатом. Мне хотелось сказать ему, что не только Демир счастлив, но и я, что это взаимно. Я собиралась ответить ему, напомнив об этом.
– Я тоже очень счастлива с ним, дядя Суат, – сказала я серьезно.
