Когда от тебя так воняет? Ни за что! Что ты пил? Пиво? Вино? Виски? Или, не дай бог, пока пил, то, может быть, проливал все на себя, как бездомный, выливая себе на голову содержимое всех бутылок, которые попадутся под руку?
– Ты видишь это? – я подняла одну руку в воздух.
Я показала ему все пять пальцев, как будто тыкала ими ему прямо в глаза. Посмотрев на мою руку, а затем на меня, он сказал:
– Что я могу сделать?
Он пожал плечами и скорчил гримасу.
– Хи-хи! Понятно, ничего такого я не делал. Бог создал тебя, чтобы ты постоянно делала мне больно. О Аллах! Как будто он велел тебе дать мне пощечину, и ты делаешь это снова и снова. Я не могу насытиться твоими пощечинами. Так ты скоро сделаешь из меня отбивную.
Сколько бы я ни боролась со своим самолюбием, от этих слов невозможно было не засмеяться. Наконец я не выдержала и рассмеялась так сильно, что звуки моего смеха эхом отдавались от стен ванной. На этот раз мой смех подействовал ему на нервы. Он смотрел на меня, нахмурившись.
– Над чем ты смеешься, девочка? Разве это так смешно?
Я решила, что стоит смеяться еще громче, и это будет отличным ответом.
Эта идея показалась мне более привлекательной.
– Ты превратилась в соседского мальчишку.
– Это ты так на меня влияешь.
Он схватил меня за руку и потянул к себе, но мне удалось извернуться и наконец-то засунуть его голову под душ.
– Демир, пожалуйста, прекрати болтать. Клянусь, я не в том настроении, чтобы смеяться. Так что, умоляю, заткнись.
Я пыталась подавить смех. Перебарывая себя, с другой стороны, я пыталась включить воду.
– Ты такая сексуальная, когда злишься.
И вот опять. Мы вернулись к сути. Разве я не говорила тебе заткнуться?
– У тебя нет манер. Твой рот нужно заклеить суперклеем.
– Я могу предложить тебе более разумную альтернативу.
– Какую же?
Внезапно я перестала замечать расстояние между нами. Мое дыхание участилось, когда он закрыл глаза и приблизился ко мне со своим пронзительным взглядом.
– Например, ты можешь прижаться своими губами к моим.
Все мое тело напряглось от дрожи, но я промолчала. В то время как в моей голове прокручивались воспоминания о том походе, который мы провели вместе. Воспоминания о той ночи. О том, чем мы делились у умирающего костра, что я была первой и единственной девушкой, которую он поцеловал. Все эти воспоминания ожили передо мной. Я пожала плечами, когда по моему лицу разлилось тепло. Не теряя времени, я включила кран и отошла от него, чтобы не намокнуть, а он стоял под теплой водой. Я наблюдала за ним. Горячая вода испарялась от его тела. Должно быть, он понял, что это полезно для его разума, потому что закрыл глаза и позволил воде стекать по нему.
Пока я молча наблюдала за ним со стороны, мне вдруг пришло в голову несколько фактов. В глазах многих он был избалованным ребенком. У него даже есть преувеличенная привлекательность, гламурная сторона. Но с моей точки зрения, он был самым глупым в мире, невинным, может быть даже самым наивным ребенком. Он был очень задумчивым и заботливым. Он был настолько заботливым, что не переставал держать меня за руку, даже если я много раз отталкивала его. Он был ранен, как и я, но он все еще мог стоять и сражаться. Но для всех остальных он был просто Демир Гюрсой, богатый парень с «Импалой».
Но в моих глазах, несмотря на все те глупости, которые он совершил, он был глупым и наивным ребенком, таким беззащитным. Не обращая внимания на льющуюся на него воду, я взяла его лицо в свои руки. Его мокрое лицо было таким мягким в моих ладонях. Хотя он немного напрягся от моего прикосновения, но не возражал. Вместо этого раскрыл глаза и внимательно посмотрел на меня.
Я хотела отдернуть руки, но он не позволил и прижался своими влажными губами к моей ладони.
– Ты обжигаешь все, к чему прикасаешься, Ниса Алтун.
– Нет, глупыш. Ты просто пьян, и мне кажется, у тебя небольшой жар.
Я убрала руку и быстро отошла от него, прислонилась спиной к холодной плитке с другой стороны. Пока я отходила, на его лице появилась кривая ухмылка, и он вдруг выключил воду и сделал шаг ко мне.
– Это не меняет моих чувств.
Прямо передо мной, один шаг. Я почувствовала себя загнанной в угол, когда он остановился прямо передо мной. Я попыталась снова толкнуть его, но он не позволил.
– Залезай под воду.
– Нет.
– Ты должен прийти в себя, Демир. Залезай под воду.
Он опустил голову и сильно потряс меня за плечи, раскачивая из стороны в сторону. Он удерживал меня.
– Я сказал нет, Ниса. Нет! Ты перестанешь обращаться со мной как с ребенком. Сдавайся. Я в полном порядке!
Его голос становился все громче и громче. Я начала бояться и нервничать из-за обстановки, в которой мы находились.
– Почему ты не веришь мне, Ниса?
Я положила руки ему на лицо. И закрыла глаза от близости его мокрого лба к моему.
– Почему? – снова прошептала я, чувствуя чистое прикосновение его губ.
