От его слов мне захотелось выплеснуть всю желчь, накопившуюся в моем желудке, ему в лицо. После того что я услышал, мне пришлось развернуться и идти быстрее. Я не хотел знать, чем они занимались прошлой ночью, даже не понимал, зачем я здесь, мне хотелось убраться отсюда. Я желал, чтобы этого разговора при мне не было.
– Серген, отпусти! Отпусти меня! Ты делаешь мне больно!
Я снова остановился, когда ее крики зазвучали в моих ушах, и проклинал себя за это. Мои ноги следуют за моим сердцем, а не за головой, потому что она в беде.
Когда душераздирающие слова Нисы зазвучали в моих ушах, я повернул голову, покачал вправо и влево, отказывая: на этот раз я не мог ее слушать, потому что у меня не было сил, чтобы прислушаться к этому голосу. Может быть, мне следовало позволить этому поступку разлучить нас. Может быть, это было к лучшему. Это было мое решение. Из моего опыта, я должен был следовать своему сердцу. Айбюке могла бы стать той, кто не позволит мне смотреть на нее со стыдом. Да и вообще. Я не мог просто развернуться и уйти, когда она в таком отчаянии. Не мог отвернуться только потому, что никто ничего не делал. Я не мог убежать, не хотел.
Повернувшись спиной и направившись в сторону звуков, я впервые за долгое время осознал, что мое сердце забилось быстрее. Я почувствовал, как внутри меня бурлит адреналин. Я был взволнован, не зная, что произойдет, что мне предстоит испытать. Она возбуждала меня, даже ничего не делая. Для Нисы это ничего не значило, ее волновало лишь то, что Айбюке переспала с моим родным братом. У меня было совсем другое чувство. Я ощущал это с того момента, как увидел ее на верхней ступеньке школьной лестницы. Темно-карие глаза, глубокий, острый взгляд. Это настолько укоренилось в моем сознании, что в некоторые моменты я просто чувствовал фантомное тепло от одного воспоминания.
После нашей короткой встречи на дне рождения Сенем я думал, что разговор может завязаться, что я смогу с ней поговорить. Но Айбюке не шла мне навстречу. После того как мы познакомились, она ни разу не писала мне в социальных сетях, я не решался писать ей первым. Она могла проигнорировать либо вообще отказать мне. Наконец вчера вечером я решился ей позвонить.
Я рассматривал фотографии в ее профиле. Она так красиво улыбалась, выглядела такой полной жизни, что я был беспомощен перед ней. Мой внутренний голос говорил мне, что эта девушка даже не посмотрит на меня, но сейчас передо мной была та, которая нуждалась в моей помощи. Я не знал, кто этот парень, но Айбюке нужно спасать. И, в отличие от окружающих, я не собирался закрывать на это глаза.
Ускорившись, я в миг оказался перед ней. Она была поражена.
– Брат, – начал я говорить и понял, что парень все еще держит ее за руки.
Я потрепал его по плечу и заставил повернуться ко мне.
– Она не хочет. Почему ты заставляешь ее?
Долговязый парень передо мной – Серген, кажется, – бросал язвительные взгляды на меня, наблюдая за моими действиями, словно задавался вопросом, что я здесь делаю. Хотя я задавал тот же вопрос и спрашивал себя: какого черта я здесь делаю? Это было не мое дело.
– Какая тебе, к черту, разница?
Парень толкнул меня в плечо, и мне пришлось сделать усилие, чтобы удержаться на ногах. Он высокий, у него хорошая рука, тяжелая. И как только наши глаза встретились, я понял, что он старше меня. Нетрудно было догадаться.
– Она не хочет этого. Не тяни дальше и уходи.
Отпустив руки Айбюке, он встал и насмешливо ухмыльнулся.
– Да что с тобой такое? Что тебе до этого, сынок?
Еще один толчок в плечи. Он хотел драться, но я отступил и преградил ему путь. Я этого не хотел, не хотел нарываться на неприятности. Он просто должен оставить ее в покое, и я смогу мирно уйти.
Он повернулся к Айбюке, которая стояла рядом с нами.
– Из-за того, что ты сделала со мной, Айбюке? Это твоя новая марионетка? – тем же тоном произнес он.
