– Это было бы здорово. Этой глупой блондинке нужен хороший урок.
Гекче подняла руку вверх, чтобы скрепить нашу задумку рукопожатием. Я с энтузиазмом потянулась к ней и перехватила ее руку в воздухе. Я лукаво усмехнулась, довольная нашим планом.
Было ясно, что мы собираемся делать. День рождения Сенем, день рождения Сенем. День, в который эта девушка получит самый важный урок в своей жизни.
Я допила оставшийся в бокале лимонад, с наслаждением откинувшись на спинку стула.
Мне очень понравился наш план.
– Я забыла спросить. Как там Ниса сегодня? Она все время улыбалась. Она что-нибудь говорила или рассказывала тебе?
Несмотря на то что мы проводили много времени вместе, мы еще не достигли такой близости, какая была у Нисы с Гекче. Между нами был разрыв в общении, я не знала почему, но со временем, я надеялась, это тоже исчезнет.
– Вообще-то она кое-что сказала, – сказала Гекче, моргая глазами.
Она нетерпеливо хихикнула. Она знала что-то, чего не знала я.
Вот оно.
– Что ты скалишься, девочка? Скажи мне!
Она наклонилась ближе ко мне.
– Демир признался ей в любви. В первый раз.
Я действительно этого не знала!
– Не может быть! Он даже не сказал мне, засранец!
Хотя Демир рассказывал мне о многом, он никогда не говорил мне об этом. Он много раз показывал свою любовь, но, конечно, это было совсем другое. Неважно, но во мне зародилась странная обида от интенсивности эмоций, которые я испытала, узнав об этом позже, чем Гекче. Он наконец-то смог открыться девушке.
Ну что ж… Молодец, Гюрсой!
– Если бы ты только видела ее, она так счастлива. Она счастлива!
Счастье Нисы, благодаря реакции Гекче, я прочувствовала так же глубоко, как если бы обсуждала это с самой Нисой. Она наконец услышала заветные слова. Они с Демиром оба заслуживали гораздо большего.
У меня было чувство, что мы почти у цели. У меня было чувство, что они будут счастливы. Я скоро увижу, как весело мы будем проводить время вместе. И я была готова сделать все, чтобы это произошло.
– Они будут счастливы. Мы сделаем их счастливыми.
– Посмотри на меня, мы выглядим как две свахи средних лет. Ты заметила? Как будто мы скоро отправимся на свадьбу наших детей. Мы пойдем к Эйюпу Султану[7] и помолимся.
– Не начинай, это слишком смешно.
Мы посмеялись над ситуацией, в которую попали.
Мы сделали небольшой перерыв и обе сразу же схватились за телефоны. Я быстро ответила на сообщение Батухана, пока Гекче продолжала развивать эту шутку про свах.
Она усмехнулась и что-то набрала в своем телефоне. Ладно, думаю, она с кем-то встречается, хотя в последнее время она не очень-то сдержанна. Но у меня не хватило смелости спросить. Я все еще помнила, как будто это было вчера, почему мы перестали общаться. Помнила, как ее глаза были наполнены слезами и как она упрекала меня, что я была причиной нашей размолвки. Но она не знала, через что мне пришлось пройти.
Она не знала. Никто не знал. Унижение, через которое я прошла. Мама, Демир и Эмре знали. Этот секрет был с нами всю мою жизнь. Он должен был остаться только между нами. Я не хотела, чтобы кто-то еще знал. Я не хотела, чтобы Гекче меня жалела.
– Эмре и Батухан скоро будут здесь, – сказала я, нарушив молчание.
Гекче ответила, не отрывая глаз от экрана телефона.
– Ты сообщила им?
Ее тон не был осуждающим, скорее удивленным. Возможно, мне следовало сообщить ей об этом заранее.
Когда они с Эмре встретились, да еще спустя столько времени, я не знала, что почувствую, когда они станут ближе. Мы были все вместе в доме Демира за несколько дней до этого. Все сложилось не так, как я думала. На самом деле, я даже не знаю, что чувствовала Гекче, несмотря на всю ту чушь, которую она несла. Но потом я не стала долго думать об этом. Она не бросала на меня робких взглядов. Я знала каждое ее движение наизусть. Я поняла, что даже сейчас ей это не кажется странным. Она воспринимала все очень просто.
Батухан тоже изводит меня уже несколько дней. Хотя это был мой близнец, мой дорогой, дорогой брат, внешне он казался всем довольно неосмотрительным и беззаботным, но, когда дело касалось нас или наших друзей, мы сделаем все, что потребуется. Он слишком много заботился. Он знал Демира с детства. Любил его, защищал. Он даже пошел бы против меня ради него, если бы потребовалось. Связь между ними была очень сильной. Они были очень близки друг другу. Несмотря на то что мы похожи, мой брат был бабником, и от этих привычек его не избавить. Он не собирался меняться. Она хотела, чтобы он немного был похож на Демира. Хотелось, чтобы он отбросил свою страсть, но, к сожалению, с Батуханом такое невозможно. Его кокетливость и популярность, его яркая внешность – все вело к тому, что он оставался собой.
