Моя старая личность, которую я пыталась скрыть, колола мою ладонь, как шип. Как будто боль была еще так свежа. Она захватывала каждый сантиметр моей ладони. Это сжигало меня, мне хотелось крепче сжать удостоверение в руке и разорвать его. Но я не могла. Не могла. Как бы я ни старалась, прошлое преследовало меня. Много лет назад мои родители погибли, и причиной их смерти стала я. Я нанесла удар невинным людям, которые были мне так дороги.
Я пыталась себя отвлечь, снова и снова, невзирая на боль, но это не помогало. По моему сердцу разлилась боль, которую я так тщательно скрывала все эти годы. Лучше бы я тоже умерла, чем все это чувствовать.
Мне следовало сдержаться. Но я не могла сопротивляться. Я не хотела слышать эти отвратительные слова из его уст. Мое сердце не выдержало.
С прошлой ночи мои слезы не высыхали. Мало того что самая особенная и прекрасная ночь в моей жизни была разрушена. Я потеряла человека, который был мне дорог, из-за своих собственных поступков. Мне было все равно, опозорили меня или унизили. Это не так. Все, что меня волновало, это какой удар я нанесла дорогому мне человеку и как это исправить. Как я могла стать такой слепой? Как я могла стать такой беспринципной? Я не могла вспомнить, когда это началось.
С самого первого момента, как только мы вступили в эту новую жизнь, нам обеим было понятно, что для нас все изменится. А после всего произошедшего я поняла, что мы не сможем быть как раньше, подругами или сестрами.
Я не знаю, сможем ли мы когда-нибудь посмотреть друг другу в лицо. Но я не хотела терять еще раз близкого человека. Я не хотела терять близких, как потеряла маму и папу. Я сидела на камнях и слушала шум волн, пытаясь вытереть мокрые слезы тыльной стороной ладони.
Но новые слезы появлялись еще до того, как старые успевали коснуться моего лица. Маленький воробей сел на край скалы, и я протянула руку, чтобы схватить его. Мне хотелось взять его на руки, погладить его крылья. Но воробей испугался, захлопал крыльями и улетел от меня.
Кемаль Сюрейя как-то сказал: «
Я бросила в море старое удостоверение личности с обтрепанными краями с тяжелым сердцем. И когда я бросала его, в стороне скал появилось движение. Я повернула голову и поняла, кто это.
Не думала, что встречу его, даже не подумала о нем. Тетя Эсма разрешила приходить на пляж в обмен на то, что Якуп будет ходить за мной. Но Мустафа здесь никогда не бывал.
Вопрос: что он здесь делал? Что ему от меня нужно?
Ничего не сказав, он молча сел на камень рядом со мной. Я почти не была рядом с ним с того самого дня, как мы начали жить этой жизнью. Мы не могли сесть и поболтать, как раньше. Наше детство кончилось, как будто мы оставили свои воспоминания в приюте. Мы заперли там нашу дружбу. Интересно, так почему теперь он здесь? Но у меня было чувство, что он тоже будет винить меня.
Хотя в такой ситуации виновата была именно я.
– Как ты меня нашел?
Мой голос – это голос, частоты которого невозможно настроить, и он прозвучал скрежетом, как радио, а он поднял небольшой камень и бросил его в море, но не повернул ко мне головы.
– Это было не так уж сложно, Блондинка, – впервые с тех пор, как мы были детьми, он меня так назвал.
Я никогда не видела его таким холодным, несмотря на все его озорство, и, несмотря на некоторую грубость, он всегда старался быть со мной милым.
Он всегда была заботливым.
– Ты пришел обвинять меня? – Он не повернулся ко мне в ответ на мой вопрос.
Но когда я посмотрела на его скривившиеся губы, то увидела, что он ухмыляется.
– Ты хочешь, чтобы я обвинил тебя?
Когда я вспоминаю эти отвратительные взгляды, понимаю, что даже Дамла обвиняет меня сейчас. Поведение Мустафы не было бы странным.
– Разве это не лучшее, что ты можешь сделать?
Когда я бросила ему эту фразу, он поднялся с камня, на котором сидел, и распрямился.
Мустафа встал передо мной. На этот раз он смотрел прямо мне в глаза. Его тусклый взгляд, от которого я почувствовала себя голой, заставил меня устыдиться.
Это происходило.
– Если ты собиралась так с ней обращаться, зачем ты потащила ее сюда с собой?
– У меня нет времени выслушивать твои обвинения.
