Путеводная звезда полностью

– Мустафа, держись подальше от этой девушки. Я не могу это принять. Она понимает, что я никогда не приму этого.

– Ниса, еще ничего не случилось.

– А ты хочешь, чтобы случилось?!

Я хотела услышать ответ. Он хотел девушку, с которой спал его родной брат? Это была полная ерунда.

– Разве ты не можешь порадоваться за меня?

На этот раз я была в замешательстве.

– Почему я должна радоваться? Разве есть чему радоваться?

– Потому что впервые за долгое время я что-то чувствую.

Я решила заткнуть уши. Мне казалось, что лучше оглохнуть, чем слышать все это. Я не понимала. И никогда не пойму. Я чувствовала, что сейчас задохнусь от злости.

– Глупости, – произнесла я одними губами, почти с отвращением.

Я не хотела верить тому, что он говорил.

– Когда ты успел так сильно влюбиться в Айбюке? Когда эта девушка стала кем-то важным для тебя?

Пока я бросала свои вопросы в лицо Мустафы, он просто молчал. Он ничего не говорил, не пытался убедить меня, чтобы успокоить, что я все не так поняла. Он ничего не сказал. Он просто молча принял все. Я не хотела больше слушать этот бред, поэтому развернулась, подняла со скамейки свою сумку и пошла прочь от него.

Я решила прогуляться по набережной. Мне не хотелось разговаривать. За все эти годы человек, которому я доверяла больше всего, стал для меня огромным разочарованием. Мне захотелось позвонить Демиру и попросить меня забрать. Снова я собиралась прислониться плечом к единственной тихой гавани, в которой могла укрыться.

Но, прежде чем позвонить Демиру, я сменила направление. Я вернулась к Мустафе, собираясь попытать счастья в последний раз.

– Это не ты, Мустафа. Завязывай с этим. Я не прощу тебя. Если ты сделаешь это, если ты побежишь за этой девушкой, я действительно не прощу тебя.

Бог бьет того, кого любит больше всего, ломает того, кого любит больше всего, так говорят. Недавно я на собственном опыте убедилась в истинности этих слов. Благодаря этому я теперь лучше понимала, насколько и кого. Я заботилась о Сенем и Мустафе так же сильно, как и обижалась на них.

Я с детства не могла отвернуться от них. Иногда мне было трудно контролировать свои эмоции. Но большую часть времени я двигалась довольно неустойчиво. Ничто, как бы мне ни хотелось, не могло занять меня больше, чем забота о них. Отпусти, хотела сказать я себе. Пусть все идет своим чередом, что бы кто ни делал. Кто как хочет, так и живет. Ты просто думай о себе, борись со своими чувствами, борись со своими эмоциями. Потому что я знала, что никто не расстраивается только потому, что я расстроена, не плачет потому, что плачу я. Или просто потому, что я чего-то не хочу. Они не переставали делать то, чего я не хотела. Меня ранило это, когда я пыталась навести порядок в их жизни. Так же, как я, так же, как Мустафа…

После того, что произошло между нами в понедельник, мы с Мустафой не встречались, не переписывались, он даже не позвонил мне. Я и не ожидала, что он позвонит. После того, что я сказала, глупо было этого ожидать. В тот день я была на взводе. Я все думала и думала, думала и думала. Не могла решить, позвонить самой или оставить в покое. Может быть, я не была бы так зла, если бы это был кто-то другой, но когда речь зашла о Мустафе, все приобретало другие значения.

С самого детства он и Сенем были самыми дорогими для меня людьми. Я и подумать не могла, что их что-то может разделить. Но то, что я не могла понять, было совсем другим. Я была так зла на него, но ничто не могло изменить того, что произошло. Мустафа стоял передо мной и говорил, что его сердце теперь бьется для Айбюке. Как такое возможно? Как такое могло случиться? Как может сердце человека так быстро измениться ради такой девушки? Как Мустафа мог вдруг начать испытывать что-то к Айбюке, когда даже я только-только осознала свои чувства к Демиру после всего, что произошло?