Мои мысли были заняты проблемами и тем, что будет дальше в моей жизни. С одной стороны, я думала о танцевальном шоу, с другой стороны, были Мустафа, потом Сенем. И, самое главное, секрет, который я скрывала от Демира. Это большая тайна… С каждым днем узел в моем горле затягивался все туже. Мое тело было подобно беспокойному морю. Со стороны я казалась такой собранной, но глубоко внутри ураганы с каждым днем становились все яростнее и яростнее. Я была как струна. Мне хотелось испытать счастье в полной мере. Но я тянула за собой прошлое.
Моя дружба с Сенем потерпела серьезное фиаско. Эта жизнь, то, что мы скрывали друг от друга с того момента, как оказались здесь, подорвала доверие друг к другу. Наша дружба была разорвана в клочья. После того как она рассказала мне о случившемся, я снова и снова винила себя. И это я виновата в том, что была трусихой и не могла ничего придумать. Я в очередной раз поняла, что делаю только то, чего ждет от меня Сенем. Лимит такого поведения был исчерпан.
Всю неделю она искала возможности заговорить со мной, но я отказывалась. Возможно, из-за какого-то страха она решила не приходить в школу. Но сегодня утром, когда она набралась смелости и сделала первый шаг, вид у нее был совсем другой. Произошло то, чего она боялась. Она стала объектом язвительных замечаний и неприязненных взглядов. И больше всех над ней издевалась Айбюке. Сенем не выдержала, убежала, плача, и закрылась в туалете для девочек. Как бы я не хотела пойти за ней, Бахар и Гекче преградили мне путь. Они сказали, что я должна дать ей время, и я подумала, что, вероятно, стоит поступить именно так, потому что все еще сомневалась в ее искренности.
Единственное, что делала Сенем в течение дня, это убегала от всех. Конечно, иногда я видела ее говорящей с Огузом. Мне не хотелось, чтобы они общались, но очень хотелось узнать, о чем идет речь. И все же Сенем должна была держаться от него подальше. Огуз был плохим парнем: он приносил только вред, где бы ни оказался.
Сенем гуляла с нами после школы, чтобы отвлечься. Я хотела, чтобы она пошла в школу танцев, но она сказала, что занята. Что касается меня, я боялась ее холодного взгляда.
В последние дни Сенем стала очень замкнутой и почти не выходила из своей комнаты. Психолог, к которому она пошла, так и не смог выяснить, в чем причина, но дал ей несколько советов. Тетя Эсма и Сенем скрывали это от меня, но я просто желала Сенем только добра. Психолог советовал ей держаться от меня подальше. Все понимают, каково это – потерять любимого человека. На ее лице всегда была печаль и холодность. Через что бы она ни проходила, ей казалось, что близкий человек никогда не вернется. Как будто чего-то не хватало. Я не могла представить, что потеряю Мустафу, но теперь я жила в страхе перед этим. Я не знала, были ли его чувства к Айбюке временными или постоянными. Но та невинная любовь к Сенем, которую я хранила в своих мечтах, всегда напоминала мне о детстве. Теперь я понимаю, что эту любовь сама выдумала. Все мое детство было одной большой ложью.
– Мы вернулись.
Я поражалась бархатному голосу Демира, который пытался удержаться на корме лодки, оттаскивая ее от берега, и одновременно думала,
– Твои ноги вообще касаются дна? – саркастически пробормотала я.
Он ухмыльнулся и отрицательно покачал головой. Затем, ухватившись за борта лодки, он быстро подтянул свое тело вверх. Сев рядом со мной, он поправил мокрые волосы.
Он с любопытством стал разглядывать меня карамельными глазами.
– Почему ты здесь, красавица? На той стороне все веселятся.
Я пожала плечами и отвела взгляд от его влажных рук. Он взял меня за подбородок и заставил посмотреть на него, и я поняла, что так просто от него не отделаюсь.
– Мне нужно было побыть одной.
Я посмотрела на невинного мальчика с карамельными глазами, и кинжал снова безжалостно вонзился в меня. Я не знала, как долго это будет продолжаться. Каждую секунду, пока мне приходилось молчать, я чувствовала себя как в бездонной яме. Чувствовала себя неудачницей. Моя жизнь состояла из одних секретов, проблем и обид. Мустафа положил без предупреждения на мои плечи огромный валун. Я должна была быть очень сильной, чтобы нести его, но, к сожалению, у меня не было ни капли такой силы.
– Ты все еще расстроена из-за того, что случилось с Мустафой?
От глаз Демира ничего не ускользало.
Лодка снова начала двигаться. Я решила, что буду хранить молчание.
– Ты говоришь мне об этом всю неделю. Но я прекрасно понимаю, что это тебя беспокоит. Когда я забрал тебя в тот день, ты была очень подавлена, – продолжил он.
