– Наследник с этой непонятной дамочкой оказались в плену у арути, – в унисон добавили красноволосые, – Если мы не вернем его, Владеющий сотрет, наконец, с лица Тирэя этих недоделков.
Глава еще раз понюхал замызганное платье загадочной полукровки, нахмурился, а потом неожиданно бесцветным голосом произнес, обращаясь к красноволосым:
– Сувааль, Керквааль, Азарэль должна умереть. Особо мучительно, я полагаю, учитывая ее отношение к наследнику и своим материнским обязанностям. Затем будете ждать нас в оговоренном месте.
После этого восемь мужчин разделилась: двое красноволосых скрылись в одном направлении, а шестеро других рысью рванули по следам арути и их пленников.
***
– Дайте мне только добраться до своей стаи, эти людишки дорого заплатят за наше унижение, – гневно прошипела Мика, глядя в щель амбара, – Апчхи! – не выдержала она и в очередной раз громко чихнула.
Оборотница уже полчаса яростно терла глаза и нос, не в силах унять чихание и зуд. Стоило нам появиться в небольшой деревушке, чтобы попроситься на ночевку, как местные жители высыпали на улицу и закидали нас турками – рыбьими воздушными мешками, заполненными смесью перца и различных пахучих травок, которыми обычно отваживают хищников, повадившихся воровать домашнюю живность – птицу да овец.
Что поделаешь – издалека видно, что мы не люди, слишком характерные у всех троих признаки, отличающие нас от людей. Я шла с гордо поднятым хвостом, помахивая им из стороны в сторону, Мика двигалась с нечеловеческой – звериной грацией, постоянно шевеля своими смешными, высоко расположенными ушками, ну и для полного комплекта – Хем с хвостиком, и рога вот-вот пробьются. Как правильно недавно заметила оборотница, весьма примечательная троица. А чуть впереди нас яркой звездочкой летел над землей светлячок-ведун.
В общем, воспользоваться советом Мерита – на подходах к деревне выяснять, как на нас отреагируют – не успели, в нас полетели турки. Мика, заливаясь слезами, отчаянно шмыгая носом и чихая, недовольно шипела, а вскоре кашляла. Мы с Хемом успели закрыть носы, я сорвала с головы свою косынку, а Хем воспользовался тряпицей-портянкой. И теперь мы старались дышать через раз.
Агрессивность местных жителей заставила нас свернуть с дороги и бежать без оглядки огородами прочь, а в спину неслись ругань и улюлюканье, подстегивая нашу прыть. Пришлось спрятаться в подвернувшемся амбаре, пока несколько парней с мужиками проверяли, покинули ли мы их территорию. Как раз сейчас парочка преследователей с вилами наперевес удалялась в сторону от места, где мы спрятались, да еще громко обсуждала, как они не любят оборотней, и вообще – иных! В очередной раз Мерит оказался прав: арути спровоцировали волну недовольства и всколыхнули расовые предрассудки.
Три дня назад, когда мы попрощались с гномами, я печалилась из-за расставания, теперь же ощущаю страх. Первая деревня на пути – и такой прием. Да, пусть она слишком близко расположена к землям арути и оборотней, которые, если судить по Мике, те еще соседи, но сразу кидаться на встречных с вилами...
'Бум, бум, бум...' – монотонно раздалось рядом со мной. Повернула голову и с недоумением уставилась на Хема, который стучался лбом о шершавую доску, наверняка решил почесать шишки на месте будущих рогов.
– О-о-о, рогатый, как ты меня достал! – прогундосила Мика, недовольно закатывая глаза, тоже обратив внимание на действия мальчика.
– Мика, это ты меня достала! – прошипела я, порядком устав их разнимать.
– Да он так громко стучит, что скоро сюда вся деревня сбежится! – возразила страдалица в оправдание.
– Ты своим чихом еще больше привлекаешь к нам внимание, но мы же молчим, – уже более спокойно ответила я.
– Да я вообще молчу, – выдавила оборотниха и опять громко чихнула.
– Заметно! – тут же ехидно поддела Мику.
Люди вскоре ушли, и вокруг стало тихо, только куры сновали по амбару, да петух недовольно клекотал. Неожиданно, позади нас зашумели крыльями потревоженные птицы, я обернулась и обнаружила, что пока мы переругивались с Микой, Хем исчез из поля зрения. В панике огляделась и увидела пропажу. Хем стоял посредине амбара, держа в руках довольно жирную куру с безжизненно повисшей на бок головой.
– Хель, а я нам курицу поймал на обед! – довольно улыбаясь, произнес мальчик.
Я же в ступоре смотрела на окровавленную куриную шею. Мальчику шесть лет, а он головы сворачивает на раз-два.
– Молодец, демоненок, хоть какая-то от тебя польза, – весело ухмыляясь, поощрила Мика Хема, а потом добавила уже для меня: – Глядишь, из парнишки выйдет толк!
Хлюпая носом, она выхватила курицу у Хема из рук и закинула в валявшийся неподалеку старый потрепанный мешок из рогожки. Потом деловито заглянула в другой мешок, стоящий возле двери и чем-то наполненный, зачерпнула оттуда ладонью зерна, проследила, как оно сыплется сквозь пальцы, понюхала и заключила:
– Тоже пойдет! Голод не тетка, съедим, – ссыпала находку в котелок и засунула его в мешок. Потом подумала и добавила еще, пробормотав, – про запас.
