8 августа одновременно вылетели на задание группы Мартона Сёни и Дюлы Усты. С тяжестью в душе прощался я с Марци, с которым мы так хотели попасть в одну группу. Я утешал себя тем, что, возможно, нам скоро удастся встретиться с ним, поскольку командование еще не отказалось от плана, согласно которому в случае успешного приземления и внедрения этих двух групп в том же районе будут сброшены и несколько следующих групп. Обе группы летели на отдельных самолетах. Было решено, что оставшиеся товарищи из каждой группы (а их было шесть и семь человек соответственно) с запасным комплектом снаряжения будут заброшены дополнительным рейсом после получения радиовызова. Вместе с оставшимися товарищами второй группы должен был лететь комиссар группы Усты Шандор Хорват.
Комиссар группы Марци Сёни Янош Ёс Сабо был моим старым знакомым по Красногорску.
Оставшиеся в партизанской школе с нетерпением ожидали известий от обеих групп. Мысленно мы были вместе с ними: летели в их самолете, прыгали с парашютом, приземлялись, собирались вместе на пункте сбора. Оно и понятно, ведь всех нас ожидала такая же судьба. Трудно себе представить, как мы обрадовались, когда на следующий день была принята радиограмма от группы Усты, из которой мы узнали, что все они живы и здоровы, за исключением одного товарища, который при приземлении получил тяжелую травму и скончался.
Группе Усты удалось укрыться в лесу, после чего она сразу же начала действовать.
9 августа штаб 357-й немецкой пехотной дивизии, находившийся в пятнадцати километрах от населенного пункта Новое Село, сообщил о высадке группы парашютистов, которую он тут же начал преследовать.
А 11 августа группу Усты начали преследовать и венгерские подразделения. Местность, в которой, по их предположению, находилась группа, была окружена войсками. Ее начали прочесывать. 12 августа в операции по прочесыванию участвовало уже 7500 солдат. Уста не принял боя с превосходящими силами противника и ушел в укрытие, где вся группа голодала четверо суток, но укрытия не покинула. В конце концов противник решил, что в этом районе партизан нет. Воинские части, отозванные с фронта для розыска партизан-десантников, вернулись на передовую лишь после четырех суток безрезультатных поисков.
Пережив первые, самые трудные дни, группа начала действовать.
Выброска группы Мартона Сёни прошла менее удачно. Всего их летело тринадцать человек, а на свободные места взяли боеприпасы, которые сбрасывали с самолета в мешках на парашютах. Из самолета выпрыгивали тремя группами. В первой группе с несколькими товарищами прыгал сам Мартон, во второй — Иштван Мольнар, а в третьей — Ференц Бали. Последними сбрасывались мешки с боеприпасами. Из тринадцати партизан десять приземлились благополучно. У Ференца Бали парашют раскрылся с сильным запозданием, и его отнесло далеко в сторону от товарищей. Приземлился он на склоне пропасти, поросшей высокой травой. В долине их уже ждали Янош Ёс Сабо, Семенюк и Григорий Новотный. Жиляев лежал на земле, так как при приземлении повредил руку и ногу. Врач группы Ионов осмотрел пострадавшего и определил, что повреждения несерьезные.
Мартон Сёни быстро сориентировался на местности и определил, что группа находится в горах Бюкк, в долине Холотка. Вскоре им удалось выйти на пункт сбора. Там они позавтракали и немного отдохнули, поджидая остальных товарищей.
Однако Ференц Бали, Беньямин Киш и Дюла Чизмадиа не пришли и утром. Тогда их начали искать, но безрезультатно. Было решено днем выпустить две красные ракеты, что означало: «Всем собраться на пункте сбора!» Однако и после этого те трое так и не появились.
По рации была передана в Центр первая радиограмма:
«Высадились в горах Бюкк, начинаем действовать».
Получив эту радиограмму, в школе очень обрадовались.
Тем временем трое оставшихся товарищей встретились друг с другом и отправились искать группу. Время от времени они давали о себе знать условными сигналами, но ответа не получали. В долине они увидели крестьянина с женой, которые убирали хлеб. Чтобы определить свое местонахождение, Чизмадиа спросил у крестьянина, где они находятся, и узнал, что это долина Бан, расположенная между населенными пунктами Домохаза и Варсо.
Беньямин Киш узнал эти места: он был как раз отсюда родом. Настроение у них сразу же улучшилось, и они веселее зашагали на поиски своей группы. Под вечер остановились на опушке леса, чтобы отдохнуть и закусить. Едва успели они сесть на землю, как услышали чьи-то шаги. Совсем рядом прошло подразделение венгерских солдат. По-видимому, это был взвод. Тут уж было не до еды; к тому же оказалось, что консервы, которые Чизмадиа положил в карманы рюкзака, выпали во время прыжка. Пришлось идти голодными.
Они направились в сторону Дедеша. На третий день под вечер услышали автоматные очереди, доносившиеся из леса. Они заспешили на звук стрельбы, считая, что это их товарищи отбиваются от противника и ждут помощи. Но стрельба неожиданно прекратилась, и они потеряли направление.
