— Скоро ты уедешь, Гера, и неизвестно, вернёшься ли когда-нибудь ещё в край сейдов, горных рек и наших таинственных озёр. Но я хочу тебе сказать, что эта земля, часть древней Гипербореи, должна быть святой для каждого русского. Да и не только для славянина, но и для других представителей белой расы, даже для таких евреев, как я. И мне хочется, чтобы ты это знал и всегда об этом помнил.
— А как же «Святая земля» в Израиле? — чевольно вырвалось у меня.
— В Передней Азии тоже — «Святая земля», только не избранных, не тех, кто цитирует Тору и считают себя хозяевами мира, а таких, как ты — людей великой северной расы. Ведь все древнейшие археологические памятники восточного Средиземноморья не семитские. И пора бы с этим фактом согласиться и нашим прикормленным. Но беда в том, что прав всегда тот, кто платит. Поэтому вся история Земли и вывернута наизнанку, мой юный друг.
— О Южной Руси и о том, как она погибла, мне неплохо поведал «пасечник», — заметил я.
— Поэтому запомни, — не услышал моей реплики антрополог. — Именно здесь, на Кольской земле, в её недрах, в древних тоннелях и подземельях спрятан ключ к тайнам Гипербореи. Потому она, эта земля, и священна…
— Ты что-то знаешь такое, что мне пока неизвестно, — остановил я историка.
— Возможно, — сказал он, поёживаясь, — но это моя догадка. Давай пойдём побыстрее, я тебе по дороге кое-что расскажу.
