— Не, — Огрен оттеснил наземника и указующе поводил собственным толстым крепко пахнувшим пальцем. — Сам, что ль, не видишь? Это перекресток между главными дорогами Троп. Глянь, сколько их, дорог-то. Одна, две, три… Бранка… дай предки вспомнить… ага, Бранка говорила… не мне, мохоедка драная — Геспид! Думали, что раз я выпимши, то и знать мне ничего не надо… — рыжий гном с шумом прочистил горло и сплюнул, едва не угодив в проходившую мимо Морриган. — Что перекресток Каридина был самый большой в старинной империи. Все дороги сходились к нему. И ужо оттуда можно было попасть куда угодно. Даже в сам Ортан.
— А что такого в нем, в этом тейге? — Броска нарочито небрежно разрезал очередной кусок мяса, глядя на свои руки. — Какие-то диковинки? Может, сокровища?
Огрен передернул плечами.
— А х… то его знает, может, и есть там сокровища. Вот только ежели спросите меня, Бранку интересовали не они.
— А что она искала в Ортане? — уже догадавшийся, что рыжий бородач любил, чтобы его спрашивали, и почаще, Командор добросовестно пошел ему навстречу. — Почему она отправилась именно туда?
Рыжий проводник, как всегда, шумно, вздохнул, и свернул свою карту.
— Бранка искала Наковальню Пустоты, — проворачивая рулон карты в кулаках, медленно сообщил он. — Все твердила, что эта Наковальня — самое важное изобретение за всю гномью историю, и что, прямо, важнее его и нету.
Броска переглянулся с Зевраном, а Леске — со справившей свои дела и присевшей по другую сторону от костра Морриган. Со стороны лежащей поодаль от огня огромной туши бронто раздался утробный вздох.
— Чего в гляделки-то играете? — Огрен поскреб бороду, потом подмышку, задев локтем не сообразившего вовремя отодвинуться Айана. — Как будто не знаете, что только на этой Наковальне можно выковать голема — эдакую махину из камня либо металла ростом выше него, — гном кивнул на потиравшего ушибленную скулу Командора, — или вот его — повторный кивок пришелся на долю Стена, что оттаскивал снятые со спины бронто тюки подальше от тяжело ворочавшегося зверя, который мог по случайности их раздавить. — Когда Совершенный Каридин создал свою Наковальню, Орзаммар получил почти сотню лет мира и передышки — гномы перестали гибнуть в стычках с порождениями тьмы. За них воевали големы. Известно, что Наковальня была построена в тейге Ортан. Ортан — родной тейг Каридина. Даже после того, как он основал свой дом, все время там толокся… и работал тоже там, если верить тому бумажному хламу, что раскопала Геспид, — он помедлил и добавил без перехода, словно в продолжение темы о Совершенном, жившем сотню лет назад. — Дрянная девка, скажу вам. Очаровала мою лапушку своими… своими стишками. А я сразу гниль почувствовал — вот не сойти мне с этого места! Бранка — баба как баба, а вот пообщается с этой нагговой мохоедкой — и как бешенная становилась. Уж я, как мог, пытался отвадить эту гарлокову отрыжку от нашего дома. А только не вышло. Только вдрызг разругались с Бранкой и она ушла. Сгинула на Тропах, и эта с… сопливая паршивка вместе с ней. Вот вам и весь сказ.
На некоторое время повисло молчание, нарушаемое только бурчанием в брюхе гулко дышавшего бронто, треском костра и шуршанием мешков, которые складывал коссит. Айан вздохнул и, по обязанности старшего в отряде, хлопнул, как видно, неожиданно для себя самого разоткровенничавшегося гнома, по плечу.
— Мы их найдем, — он кивнул и, для придания веса своим словам, хлопнул Огрена еще раз. — Так Геспид… и Бранка полагали, что Наковальня Каридина находится в Ортане? Поэтому они искали карты в этот тейг?
— Ты вроде не глухой, — рыжий гном спрятал карту и, вновь достав флягу, на какое-то время приложился к ней. — Я ж говорю. Бранка. Ищет Наковальню. Которая — наверно — в тейге Ортан. По крайней мере, отправлялась она за Наковальней.
— Если бы мы снова научились делать големов, это была бы великая победа Орзаммара, — невнимательно пробормотал Леске, который закончил изготавливать палки с едой, и теперь ловко раскладывал их на камнях над теми участками костра, где угли уже не пылали, а только тлели. — Отвоевали бы обратно с десяток тейгов, да и наземники не драли бы перед нами свои носы.
— Бранка тоже так считала, — ворчание Огрена было невнятным, потому что он опять глотал из фляги, чмокая и дергая заросшим горлом. — Вот и сгинула два года назад. И вспомнили о ней только когда под собственными седалищами жареным запахло. А может, отвлеклась на что-то. У нее, бывает, что ни день — то начало нового отсчета. Нашла в какой-то заброшенной дыре секрет создания такого сплава, — гном кивнул на доспехи Командора, которые тот не снимал во время похода. — И увлеклась. Надо знать Бранку…
