- Приветствую Истинную Дочь Леса! Чем я могу служить тебе Госпожа?
"- Как? Что? Почему!?" - он не в ее сторону смотрел! Почувствовал и не угадал направление!?
Там куда он обратил взор не было никого! Ни в ветвях, ни на траве! К кому он обращается? Безумец!? Она ощущала, что что-то происходит. Все ее естество кричало о том, что вот сейчас она действительно может опоздать. Прям совсем, совсем опоздать и уже ничего невозможно будет исправить!
Нинэ скрипнула зубами. Она была готова превратить тут все в чадящий кратер, а теперь не знала, что и думать. Тяжело обходиться без ощущения чужих эмоций. Да ей словно часть естества закрыли, лучше без руки остаться чем не чувствовать фона!
Она должна понять и знать точно. Довольно ошибок! Сата не может благоволить вечно, а глупцам и вовсе. Может в старом мире двуживущих "Дуракам везет", но тут Чернохвостая за такую фразу может и в колбаску перекрутить.
Княжна очень аккуратно отлетела назад на сто вдохов медленного полета и скинула Абсолютный экран, не фокусируясь ни на чем конкретном.
Так было намного легче, хоть этот Голод и пробивался в фоне словно таран. Как прилежная ученица на экзамене очередного круга она очистила свой разум от всего. Нет тепла и холода, нет скрипа ветвей и шуршания насекомых в траве, нет запахов, нет чувства ветерка на ладонях, нет Леса... Есть бесконечная гладь фона, на которой расходятся круги. Словно озеро, переливающееся всеми цветами Сущего и еще одним сверху. Есть она над этими озером, не тело - душа. Истинная она. Погрузиться в гладь озера и дать расходящимся кругам столкнуться с собой, обойти себя, пройти сквозь себя и собрать все цвета с этих кругов и еще на один больше.
Такой подход позволял подстроится под любое существо, обладающее зачатками разума. Даже влиять на него, что было возможно в зависимости от его желаний и воли. Навязать, что-либо сильному было сложно - серьезные последствия для самой ата-кари, они били как по разуму, так и по физическому телу. В Гимладе эти техники применялись только для помощи перенесших потрясения разведчиков. Применять внушение и контроль на других разумных запрещено самой Сатой и наверняка не с проста.
Ата-кари словно проваливалась в фон, оставляя тело как послушную, но пустую оболочку. Такие практики совершенно не подходили для боя и вообще любых опасных ситуаций так как делали ее абсолютно беззащитной. Это не транс, а перенос на другой пласт реальности. Может боги схожим образом видят астрал?
Управлять телом она уже не могла, но вот направить его возможно. Нельзя быть разом и в фоне, и в сосуде, не на ее уровне... Тело двинулось вперед по уже пройденному пути, точь-в-точь повторяя все движения и интервалы остановок, чтобы застыть у ствола ели.
По мере продвижения Нинэ все четче различала в этой громаде Голода и другие эмоции. Надежда, ожидание, радость... Это были эмоции двух разных существ! Двух существ, слитых в одно.
Безумное желание утолить Голод исходило от эльфа, но было не его. Навязанное кем-то, чем-то... И этот кто-то словно шепчет о ласке и сне. Почему радость вспыхивает все ярче в фоне этого двуживущего? Его же прямо сейчас отвлекают чтобы поглотить! Он уже впустил в свой разум эту голодную гадость и занес ногу над пропастью! Она это понимала, но сделать не могла ничего. Не было никакого сопротивления со стороны ее Чужака и если вмешаться сейчас, то вместо двуживущего останется пускающий слюнявые пузыри идиот. Она же ослабнет настолько, что станет легкой добычей для твари. Оставалось только с тоской наблюдать как все желания эльфа стираются, подменяясь этой нежностью и к кому? К твари, которая сейчас сожрет его суть и заберет тело.
Внезапно Нинэ чуть не вылетела из фона. От эльфа полыхнуло такой дикой яростью, что Голод был просто сметен. Она услышала невозможное! В пространстве, где могли передавать послания только сильнейшие из ата-кари, пронесся рев зверя:
- Это мое!!!
Ярость бушевала ураганом. Ярость и торжество взламывали фон.
Это что, ловушка была? Да как он сумел? О-о-ооо, она обязательно спросит потом, что это сейчас произошло. Как из податливого теста смогло вырваться такое! Безумная буря!
Стоило подумать об этом и вокруг бури куполом встала холодная, липкая стена заботы. Она словно укутывала смертельно больного в погребальный саван. Убеждала сдаться и забыться, его путь был достоин - пора отдохнуть. Он заслужил. Волны ярости цунами расходились вокруг и натыкаясь на податливый, но словно пружинящий купол, отталкивались назад.
Нинэ уже поняла, что произойдет дальше и направила свое безвольное тело прямо к затухающему костру. Тому костру, у которого в странной позе замер соляным столбом темный эльф. Подбородок низко опущен, ноги немного согнуты словно в готовности метнуть тело в сторону. Левая нога чуть впереди и почти расслаблена, а весь вес на правой. Руки разведены в стороны как крылья хищной птицы. Вот только в каждом, сжатом до белизны, кулаке был зажат короткий тяжелый скрамасакс, полыхающий ослепительно ярким светом.
