Кэсси Клинтон отчаянно сопротивлялась при задержании. И грозила им небесными и адскими карами. Женщина отвели в участок. Трое полицейских держали Кэсси, а тем временем надзирательница ощупывала шпионку. Она прошлась по волосам, заглянула в уши, осветив их фонариком, в ноздри. Потом не без труда открыла пальцами рот, и сунула руку в резиновой перчатке и ерзала под щеками. Крайне неприятно, ощущения во рту противные.
Но еще хуже стало, когда надзирательница глубоко воткнула палец в резиновой перчатке во влагалище. Кэсси застонала от боли и стыда. Ей очень хотелось помочиться и, она с трудом сдержалась. А надзирательница колупалась в нем минут пять, причиняя страдания шпионке, как моральные, так и физические. Потом дошла очередь для заднего прохода. И так грубо совала, что Кэсси завопила, ей казалось, ее сейчас порвут.
Явно полицейские использовали обыск, чтобы поиздеваться над прокурором. Видно не удовлетворившись ощупыванием очка, в задницу шпионки ввели еще и зонд. Просветили рентгеном желудок. Долго мяли соски.
В конец измученную шпионку сфотографировали в профиль, в анфас. Потом сняли отпечатки пальцев, босых ног, губ и ушных раковин. Переписали приметы с тела, и так голую женщину забросили в одиночную камеру.
Кэсси упала на деревянные нары и разрыдалась. Она еще недавно была не последней шишкой, а теперь капитально опустилась. И стала фактически никем, даже хуже чем обычной заключенной.
А генерал Арнольд готовился к обороне Нью-Йорка. Это был город весьма большой, способный оказать упорное сопротивление. Немцы порой наносили опасные, ракетно-бомбовые удары. Особенно мощный и сокрушительный ТА-500.
Арнольд осматривали карту… И хмурился. Германия сильна, и все новые войска вступают в бой. Понятно, что падение Нью-Йорка это лишь вопрос времени.
Трумэн явно склонялся к мысли: капитулировать. Но капиталисты-евреи убедившись, что Гитлер действительно фанатик-антисемит, готовы драться до конца. В элите США давно нет единства. Однако пока в чисто военном плане гитлеровцы сильнее. Для борьбы с ними проводят мобилизации. Часть американцев сражается весьма фанатически.
Генерал Паттон, будучи битым в северных штатах, предложил:
— Надо мобилизовать всех мальчишек с десяти лет и раздать им винтовки. Сделаем Нью-Йорк сплошной баррикадой.
Арнольд это одобрил:
— Поставим под ружье даже девушек! Наша оборона будет непробиваемой! И окружена, множеством противотанковых ежей.
Драться желание было у всех. Но вот умирать… Немецкий Е-50 казался непробиваемым. Против него конструировали, новый «Линкольн», со 120-миллиметровой с начальной скоростью более тысячи метров в секунду пушкой. Но данный танк еще только разрабатывается. Кроме того, новое орудие тоже следовало отладить и приспособить под него башню. Пока у Америки не было эффективных, противотанковых средств.
Так что приходилось рассчитывать только на гранаты, и недостаточно мощные базуки. Авиация США теряла самолеты. И авиастроительные заводы тоже.
Фридрих продолжал увеличивать счета. Этот мальчишка словно Кощей Смертный, проводил бои не получая и царапины, но сбивая по паре сотен самолетов за вылет. А если самолетов не попадалось, то крушил наземные цели.
Армия Стеньги Разина двигалась, забирая, причем чаще без боя город. Немного Степка-Кристина не поспела до Нижнего и столкнулась с ратью воеводы Подберезкина. Бой шел ожесточенный. Но используя казачью тактику постоянны обстрелов кавалерии и умело употребляя численный перевес, разинцы окружили армию воеводы, и почти целиком уничтожили. Стрельцы впрочем, предпочли сдаться в плен.
После разгрома царской армии, Разин с почетом вступил в Нижний Новгород. В этом бою Кристина-Степан лично рубилась, и махала саблей. Сильное мужское тело казалось таким необычным и странным. А самой Кристине после сражения вдруг мучительно захотелось женской ласки, и она позвала двоих девушек прислужниц в свое ложе.
Двенадцатитысячная опытная рать Подберезовика была разбита, но были еще воеводы. Ведь лучший царский полководец Долгоруков собрал шестидесятитысячную рать. Кристина понимала, что генерального сражения не избежать и вывела свои полчища…
У разинцев был более чем двойной перевес над Долгоруким в силе. Огромная собралась армия. Подошли и отряды Минакова, и прочих атаманов, включая и юношу Максимильянова в котором все подозревали царского сыны. Но армия Стеньки Разина очень уж разношерстна пусть и числом в сто пятьдесят тысяч. А воевода Долгоруков более сборную и отлаженную команду имеет.
На широком поле, что раскинулась за Окой, обе рати выбрали себе место для битвы.
Кристина-Степан рационально рассудила, что Долгоруков попытается смять разинцев, стремительной атакой расположила свои войска своеобразной ловушкой. Так чтобы под удар сначала попали лапотники, а опытная и хорошо вооруженная пехота Степана сдавит неприятеля с флангов. Затем кавалерия рубанет противника в тыл.