— ВСЁ В ПОРЯДКЕ. ВЫ МОЖЕТЕ ПРОЙТИ ВНУТРЬ И ТРЯСТИ ТАМ, ЧЕМ УГОДНО. НО ЕСЛИ МНЕ НА ВАС КТО-НИБУДЬ ПОЖАЛУЕТСЯ, Я БУДУ ВЫНУЖДЕН ЗАВЯЗАТЬ В УЗЕЛ ТО, ЧЕМ ВЫ СОБИРАЕТЕСЬ ТРЯСТИ, И СИЛОЙ ВЫПРОВОДИТЬ ВАС ИЗ КЛУБА. ПОМНИТЕ. ЧТО ДОБРОВОЛЬНО ВЫЙТИ ОТСЮДА ВЫ СМОЖЕТЕ ТОЛЬКО ПОСЛЕ НАЖАТИЯ ВО-О-ОН ТОЙ КНОПОЧКИ, ЛИБО ОТ МОЕГО ПИНКА.
Владимир медленно повернул голову в ту сторону, куда указывал толстый палец охранника, и, увидев за своей спиной две двери с разными кнопками: «ВЫХОД ИЗ КЛУБА» и «ВЫХОД ИЗ ПРОГРАММЫ», сухо ответил:
— Спасибо, что подсказал. А то, я решил бы, что оказался в безвыходном положении и тряс бы яйцами в этом клубе вечно.
Охранник ничего не стал отвечать, молча, отвернулся от Владимира, скорчил угрюмую физиономию и продолжил раскачиваться с пятки на носок.
Войдя в просторный танцевальный зал, Владимир сразу ощутил на себе оценивающие женские взгляды, сверкающие, словно искры в темноте, и, ослеплённый яркими мерцающими огнями, начал непроизвольно дёргать телом в ритм музыки. Великолепное произведение норвежского композитора Эдварда Грига «В пещере горного короля», исполняемое в современной танцевальной обработке, не могло позволить Владимиру спокойно слоняться по залу и заставило извиваться его, как «обдолбанную» змею. Не удивительно, что когда эту композицию сменила медленная ария Баха из «сюиты № 3», к нему сразу подскочило несколько девушек с приглашением потанцевать с ними медленный танец. Отдав предпочтение высокой блондинке с голубыми и «стеклянными», как топазы, глазами, Владимир вывел её за холодную руку на центр танцпола и, крепко прижав к своему телу, начал вилять в такт музыке бёдрами.
Он так плотно к ней прижимался, что почувствовал даже тонкий, еле уловимый аромат её духов, отдалённо напоминающий запах копчёной курицы.
— Кажется, запахло жареным, — с вожделением подумал Владимир, жадно втягивая носом аромат, танцующей с ним, белокурой «цыпы».
— А ТЫ ПРЕКРАСНО И НЕОБЫЧНО ТАНЦУЕШЬ, — женским голосом перевёл костюм Владимира комплимент, «вылетевший» из уст блондинки. — Я И НЕ ЗНАЛА, ЧТО ОТ МУЗЫКИ МОЕГО СООТЕЧЕСТВЕННИКА ЛЮДЕЙ МОЖЕТ ТАК «КОЛБАСИТЬ».
— Так вы, норвежка? — спросил Владимир и плавно переместил руки с талии партнёрши на её бёдра.
— ДА, НО, К СОЖАЛЕНИЮ, МОЯ СТРАНА РАСТАЯЛА, КАК СНЕГУРОЧКА, А ЕЁ ГРАЖДАНЕ РАСТЕКЛИСЬ ПО ВСЕМУ МИРУ, КАК ЕЁ ХОЛОДНЫЕ СЛЁЗЫ, — делая вид, что не почувствовала жопой рук Владимира, ответила блондинка через переводчика.
— Меньше надо было прыгать вокруг евросоюзного «костра», — усмехнувшись, съязвил Владимир и прижал к себе девушку ещё сильнее.
— НЕ ПРИЖИМАЙТЕСЬ КО МНЕ ТАК БЛИЗКО. А ТО ВАШЕ ГОРЯЧЕЕ СЕРДЦЕ МОЖЕТ РАСТОПИТЬ МОЁ ХОЛОДНОЕ, И Я «ПОТЕКУ», — предостерёг переводчик, дублируя меланхоличную интонацию норвежки.
— А что плохого в том, если моя «Снежная Королева» немного «поплывёт» от такого жаркого парня, как я? Или в общении с мужчинами вы предпочитаете быть холодной, пассивной «СОСУлькой»?
— Я В ШО-О-О-ОКЕ! — протянула норвежка, с присущей блондинкам интонацией. — КАКОЙ-ТО СОПЛИВЫЙ СОСУНОК ПРИНЯЛ МЕНЯ ЗА ДЕШЁВУЮ «СОСУЛЬКУ». ЕСЛИ У МЕНЯ ОТ ПРИРОДЫ БОЛЬШОЙ РОТ, ТО ЭТО ВОВСЕ НЕ ЗНАЧИТ, ЧТО Я НАШЛА ЕГО НА ПОМОЙКЕ И В НЕГО МОЖЕТ ЗАГЛЯДЫВАТЬ КАЖДАЯ «ОДНОГЛАЗАЯ ЗМЕЯ». К ТОМУ ЖЕ, Я НАДЕЯЛАСЬ, ЧТО ЭТО ТЫ ПОЛИЖЕШЬ МОЮ СЛАДКУЮ «МОРОЖЕНКУ», А НЕ Я ТВОЮ РАСКАЛЁННУЮ «КОЧЕРГУ». А РАЗ НАШИ ЖЕЛАНИЯ В КОРНЕ НЕ СОВПАДАЮТ, ТО НЕМЕДЛЕННО УБЕРИ РУКИ С МОЕЙ ЗАДНИЦЫ И ПРЕКРАТИ ТЕРЕТЬ ОБ МЕНЯ СВОЮ «ЕБАНИТОВУЮ ПАЛОЧКУ», — нудным голосом передразнил блондинку переводчик и, вернув голосу прежний тембр, от себя добавил: — «БРОСЬ ТЫ ЭТУ ФРИГИДНУЮ СТЕРВУ. НА КОЙ ХРЕН ОНА ТЕБЕ СДАЛАСЬ?»
— Нет проблем, — согласился Владимир с предложением отмороженной девушки и своего «переводчика» и, убрав с её холодной и костлявой задницы свои пылкие руки, пошёл вглубь зала.
Не успел он пройти и трёх метров, как дорогу ему преградила жгучая брюнетка с чёрными бровями, ярко-красными губами и карими глазами. Она пожирала Владимира взглядом, что-то темпераментно говорила и, при этом, страстно облизывала губы.
— Испанка, — понял по характерному отличительному звучанию её слов Владимир и стал ждать от переводчика информацию о том, что она от него хочет. Как только испанка закончила свою эмоциональную пламенную тираду, в невидимых наушниках интимного костюма раздался томный, с лёгкой хрипотцой, голос:
— ЧТО ЗА КРАСАВЕЦ «ПИКАДОР»,
УСТРОИЛ НА ТАНЦПОЛЕ ПОШЛУЮ «КОРРИДУ»?
ПРОНЗИВ ВСЕХ «ТЁЛОК» ОСТРЫМ ВЗГЛЯДОМ, КАК КОПЬЁМ,
И ЛИШЬ МЕНЯ СВОЕЙ ОН «ПИКОЙ» НЕ ОБИДЕЛ.
ЧЕМ ПРОВИНИЛАСЬ Я ПЕРЕД ТОБОЙ
БЫТЬ МОЖЕТ, «ВЫМЯ» НЕ ТОГО РАЗМЕРА?
ПОЧТО НЕ ДАРИШЬ МНЕ СВОЮ ЛЮБОВЬ
И НЕ ПУСКАЕШЬ ДЕВИЧЬЮ КРОВЬ,
ВОНЗИВ В МЕНЯ СВОЮ «РАПИРУ»?
А МОЖЕТ, ПРОСТО СТРАШНЕНЬКАЯ Я?
ТУПАЯ И БЕЗМОЗГЛАЯ СКОТИНА,
КОТОРОЙ ХОЧЕТСЯ НАСТАВИТЬ ПЫШНЫЕ РОГА,
ИСПИВ РАЗБАВЛЕННОГО «МОЛОКА»
ИЗ ГОРОДСКОГО «МАГАЗИНА»?
СКОРЕЙ ВСЕГО ОБХОДИШЬ СТОРОНОЙ МЕНЯ
ОТ СТРАХА, ЧТО ОТ РЕВНОСТИ ЛЯГНУ ТЕБЯ
ИЛИ В ПОРЫВЕ СТРАСТИ ЗАБОДАЮ.
ВЕДЬ ТО, ЧТО ТЫ НАСТАВИШЬ МНЕ РОГА,
Я ДАЖЕ НЕ ПОДОЗРЕВАЮ…
— Ты умеешь читать стихи? — приятно удивился Владимир и выпучил от изумления на девушку глаза.
