11 марта Небензя поднял вопрос об этих заговорах в Совете Безопасности ООН. Ссылаясь на то, что Россия назвала проектом UP-4, Небензя заявил, что американские биолаборатории изучают, как летучие мыши, вши, блохи и перелетные птицы могут распространять болезни среди людей. Это позволит искусственно созданным пандемиям выглядеть так, как будто они возникли естественным путем. В качестве доказательств деятельности биолаборатории Небензя привел гибель двадцати украинских солдат в Харькове в 2016 году, вспышку чумы в Украине в 2019 году и стократное увеличение заболеваемости корью.32 Эти обвинения были немедленно отвергнуты высокопоставленными чиновниками США и ООН. Посол США в ООН Линда Томас-Гринфилд назвала утверждения Небензи "причудливыми теориями заговора", а Высокий представитель ООН по разоружению Идзуми Накамицу заявил, что ООН ничего не известно о деятельности биологического оружия в Украине. Тем не менее, Россия продолжала развивать эти заговоры и использовать их для оправдания вторжения в Украину. 31 марта постоянный представитель России при международных организациях в Женеве Геннадий Гатилов заявил, что Украина передала 10 000 биологических образцов в Центр Лугара в Грузии, и утверждал, что другие материалы были переданы Великобритании и Германии. Гатилов утверждал, что немецкий Центр Леффлера изучает возможность проникновения крымско-конголезской геморрагической лихорадки в Восточную Европу.33 Леонид Слуцкий утверждал, что опасные болезни проверялись на "славянском генотипе", и предупреждал, что долг России - "не позволить Вашингтону снова выйти безнаказанным из этой преступной для всего славянского мира авантюры".34 Эти утверждения сплотили антизападные националистические настроения вокруг крестового похода России на демилитаризацию Украины.
Чтобы оправдать вторжение в Украину, российские официальные лица и комментаторы описывают постмайданное правительство как неонацистский режим. Эта классификация включает в себя прямые сравнения с нацистской Германией. Сергей Караганов считает, что Украина становится похожей на Германию 1936-37 годов, что делает войну неизбежной35 .35 Дмитрий Бабич характеризует Украину как уникальный тоталитарный режим, сочетающий черты западного ультралиберализма с грубым украинским национализмом, граничащим с нацизмом. Бабич утверждает, что украинский режим развился из истории семнадцатого века, подобно тому, как истоки нацизма в Германии можно проследить до христианских времен и Тридцатилетней войны 1618-48 годов.36 Сергей Аксенов развил эту мысль, заявив, что "нацизм, язычество, оккультизм и сатанизм всегда шли рука об руку - так было в Третьем рейхе, так происходит сегодня в Украине".37 Ястребиные голоса сторонников войны подчеркивали историческую ответственность России за уничтожение украинского нацизма и серьезные риски, связанные с сохранением нацистского режима в Украине. Зюганов заявил, что "мы сегодня заканчиваем там Великую Отечественную войну" и настаивал на том, что "все понимают, что Украину нужно очистить от нацизма и бандеровщины".38 Патрушев предупредил 24 марта, что "нацизм должен быть либо искоренен на 100%, либо он поднимет голову, причем в еще более уродливой форме", и предложил денацификацию Украины по образцу Потсдамской конференции 1945 года.39
