Роман в жанре боевое фэнтези. Главный герой — путник, ходок между мирами, бродяга и авантюрист. Однако за возможность путешествий по межмировой тропе приходится вступить в борьбу с могущественными силами.
Костёр разгорался с трудом, сырые ветки потрескивали, стреляли струйками пара, едкий дым полз над Тропой, скрывая под собой жухлые, тщедушные кустики травы неопределённого цвета. Казалось, пламя так и не сумеет родиться в столь промокшем хворосте и вся затея с костром кончится, не успев толком начаться. Человека, однако, это не смутило: он продолжил упорно подкладывать мелкие изломанные веточки в робкое, еле-еле теплящееся пламя, пока оно, вняв упорству настырного истопника, не набрало силу, весело пожирая сначала мелкую пищу, переходя постепенно к толстым, солидным кускам дерева.
Болт с наслаждением протянул руки к живительному теплу, от влажных рукавов вверх потянулся шлейф полупрозрачного пара. Надо же так вымокнуть. Давно на Тропе не было так сыро и промозгло. К запаху сырости, мокрой травы, едкого дыма, гнили палых листьев прибавился едва заметный острый душок. Расслабленность путника мгновенно улетучилась — он быстро огляделся вокруг, глаза не упустили ничего, могущего показаться подозрительным, опасным. Быстрый взгляд на запястье, где поблёскивал прибор, напоминающий видом часы, после чего неведомо откуда в руках мгновенно оказался пистолет. Однако вряд ли какой либо знаток сумел бы определить марку оружия: довольно длинный ствол имел несколько утолщений непонятного назначения.
Болт снова бросил короткий взгляд на запястье, затем уверенно направил пистолет куда-то по направлению Тропы и несколько раз нажал на спусковой крючок, стараясь придать иглам некоторый разлёт. Затем резко отпрыгнул в сторону и сделал серию выстрелов, направленных прямиком в то место, где только что сидел сам. Кошмарный рёв разодрал сонную марь. Прямо из воздуха над костром фонтанчиками ударили несколько струй ярко-алой, светящейся крови. Болт брезгливо скривился и выстрелил ещё два раза, теперь уже точно зная, во что. Рёв сменился хрипеньем и бульканьем, потерял силу, становясь тише, пока, в конце концов, заглох окончательно.
— Гадость какая, — с отвращением кривя губы, пробормотал путник, подходя ближе. Действительно, вид создания, лежавшего грязной склизкой грудой прямо на месте злосчастного костра было бы трудно назвать приятным. Больше всего ЭТО напоминало огромную каракатицу, длиннющие толстые щупальца беспорядочно разметались, огромное мешкоподобное туловище ещё дёргалось в предсмертных конвульсиях, распространяя вокруг себя невероятное зловоние.
— Эй, ну хватит уже, — крикнул Болт непонятно кому и куда, — попартизанил маленько и будет.
Из тумана выступила высокая фигура.
— К тебе трудно было бы подобраться незаметно, дружище, — подошедший человек протянул руку. — Я не прятался, просто пытался понять, что здесь происходит.
Путники обменялись крепким, дружеским рукопожатием.
— Гера, каким ветром ты вновь на Тропе? Уже два года я тебя не встречал в этих гиблых местах.
Упомянутый Гера, — высокий светловолосый парень лет тридцати, улыбнулся широкой улыбкой.
— Жизнь заставит сунуться и не в такую дыру. Хотя, пожалуй, дыру хуже, чем Тропа, сыскать трудновато. Давай уйдём отсюда подальше, дышать-то нечем.
Болт с сожалением взглянул на остатки с таким трудом разведённого костра, огорчённо махнул рукой и молча двинулся в туман. Через полчаса путники сушились на новом месте возле жаркого весёлого костерка. Болт заинтересованно разглядывал небольшой толстый сук, не представлявший собой, на первый взгляд, ничего особенного.
— Не продашь?
— Не продам, самому нужен. Ты же идёшь в Хаттан, я подскажу, где это можно недорого купить.
— Сам найду. Просто не знал, что такая вещь существует.
— Я и сам случайно узнал, — Гера улыбнулся. Похоже, этот парень любил улыбаться и, надо признать, это ему было очень к лицу.
Болт поднёс зажигалку к сучку. Тот немедленно ярко вспыхнул, загоревшись ярким пламенем, словно был покрыт каким-то легковоспламеняющимся составом.
— Наконец придумали что-то, нормально горящее на Тропе. Насколько хватает?
Гера пожал плечами:
— Говорили, что на тысячу раз. Я пользовался раз двадцать. Пяток таких сучьев хватает на приличный костерок, можно и согреться, и котелок вскипятить. Сам собой огонь не погаснет, потушить можно только водой, но что интересно — не вымокают деревяшки. И не обугливаются.
Болт рассеянно кивнул. Этим удивить трудно: на Тропе и в мире Пролга существует магия — этим всё объясняется. Подобные чудеса в Пролге
могут творить многие колдуны, но вот на Тропе, а тем более на Земле, работают лишь пара-тройка из сотни доставленных магических артефактов. Точно так — в Пролге работают далеко не все механические и электронные вещи, доставленные с Земли. Что ж: в каждом деле свои трудности.
— Слушай, я считал, что горгоны давно вымерли. А эта, — Гера кивнул в сторону бывшей стоянки Болта, — такая здоровенная! Ей не меньше чем лет шесть.
