— Ваш Леон говорит со мной. Не спрашивайте — как. Всё равно не знаю. Он спросил меня, кто такая Анюта. Я ответил — наша дочь.
Игнатий хмыкнул, не оборачиваясь.— Раздвоение личности?
— Я пока доминирую. Разочаровал? Вы ведь, наверное, предпочитаете иметь дело с вашим Леоном? Мне очень жаль, но…
— Если бы мы знали, с кем предпочитаем иметь дело, — тихо сказал Роман.
Леон не расслышал последней реплики: он наконец увидел кровь на ладони и теперь удивлённо рассматривал её, предполагая царапину и продолжая машинально шмыгать носом.— Док Никита! — позвал Брис. — Кажется, у Леона давление не в порядке.
"У меня артериальное давление повышенное?" — поинтересовался Леон, пока док Никита осторожно запрокидывал ему голову назад."У меня оно в норме, — холодно ответил ему знакомый голос — неожиданно близко и отчётливо. — Просто я делаю уже то, чем ты только что хвастался перед парнями, — доминирую".7.Вылезать из самого себя — тяжко. Он следил за собой со стороны — возможно, глазами мямли, в конце концов отодвинутого в угол сознания, — не фиг мешать! Скользкими от крови руками он упирался в чёрт знает что, но упирался, подтягиваясь и выбираясь на самый верх. Внутренний верх — это там, где псевдо-Леон, появившийся по каким-то неведомым причинам — и временно занявший его тело, жался теперь, явно труся, в своём уголке. "Сиди на месте и вспоминай! Мне недосуг, да и не знаю я про часовой завод. Ты должен знать. Вот и думай".Док Никита вздохнул, как прошелестел. Короткого вздоха было достаточно, чтобы обернулись все.Только что Леон утирал слёзы, выступившие от смеха, — сейчас он оттирал полой рубахи струйки крови, которые размазывал по скулам, быстро хлопая ресницами — в глаз соринка попала? Кровь из носа тоже продолжала сочиться. Леон словно лопнул — первое впечатление парней. И, будто подтверждая, Леон хрюкнул и отхаркнул в сторону кроваво-чёрный сгусток.— Ну, чего уставились? — с придыханием (не хватало воздуха?) спросил он.
После вдумчивого молчания Володька кашлянул и нерешительно сказал:— Э-э… С возвращением тебя, Леон.
— Угу… — подтвердил Игнатий и немного растерянно осведомился: — Ты настоящий?.. Уйми кровь-то… Совсем истечёшь.
— А то сам не знаю? — взорвался Леон. — Дайте время освоиться. Чёрт!.. Вик, больно же!
Несмотря на неслабый шок, парни рассмеялись: сокол вцепился в ухо Леона, упёрся лапами по обе его стороны и так разъярённо тащил, будто вознамерился с корнем выдрать его.Брис успокоительно посвистел и снял Вика. Птица — правда, то ли нечаянно, то ли специально — перед тем как расслабить когти, шваркнула металлическим крылом по верху уха Леона. Ответный удар Леона мог бы прихлопнуть сокола, если б тот не очутился на плече Бриса, откуда и разразился пронзительно-возмущённым писком.— Море воплей, море крови — кажется, мы присутствуем на самых настоящих родах. С днём рождения, Леон, — с некоторой долей разочарования подытожил док Никита.
— Что с Виком? Почему он накинулся на меня?
