— Здесь нет твоей вины.
— А здесь почему-то есть, — коснулся груди, — я как думал — уйду прочь, как только случай подвернется, тянул да оттягивал, я с ней даже не попрощался, не примирился. А теперь точно все, и возвращаться…
— Некуда.
— Не к кому.
Замолчали.
Юга вовсе отвернулся, сдерживая дыхание.
Выпь думал о детях, оставшихся в становье. О мужчинах и женщинах.
Не зная, что сказать, что сделать, протянул руку — заробел, смелости достало только волосы чужие погладить.
— Ты кем устроился хоть, а, пастух? — незнакомым, хрипловатым голосом внезапно заинтересовался Юга.
Выпь понял, откликнулся с преувеличенной бодростью:
— Работником на пристани. Груз принимать. Груз снаряжать. Канаты починять. Кабестан толкать…
— Славно. Только с голосом твоим делать что-то надо, скрипишь, как старый дед. Завтра на рынок сходим, я отвар один знаю…
— Не в этом дело.
— А вдруг? Сложно тебе, что ли?
— Хорошо, — вздохнул Выпь, — сходим. Если силы будут.
— Будут, пастух. А теперь заткнись, я спать хочу — чую, скоро не доведется, — не глядя, протянул руку, намереваясь перебросить косу, ухватился пальцами за ладонь Выпь, спокойно лежащую на волосах.
Пастух быстро отстранился.
Глупо улыбнулся.
— Ай, только не говори ничего, — фыркнул Юга, торопливо отворачиваясь.
***
Следующие несколько очей оказались забиты работой, работой, работой. Тиа Плюм-Бум, так любезно принявшей юного облюдка в свой Дом, на оценку способностей новенького понадобилась не более пары рабочих век.
Мальчик оказался сметлив и талантлив, с врожденным вкусом к блядству и танцам и, что встречалось реже, с чувством красоты движения.
Ребята приняли его. Юга смог поставить себя, не разбив ни одного личика. Перезнакомился с мальчиками, девочками, слугами и охраной, с самим Домом — и Плюм-Бум с чистой совестью могла сказать, что ее добрый друг вердо не врал, утверждая, что она не пожалеет.
Пожалуй, единственное, о чем она жалела — что не завела Юга раньше. Ему не было равных, в танцах его было что-то нерассказуемое, что-то — нечеловеческое.
Ставить его в труппу было так же странно и глупо, как прятать дикий лесной огонь среди вручную сработанных, малосильных светцов. Он был иной породы. Иной природы.
Даже Касьян — охране глава — даже сама тиа глаз отвести не могли. А уж они-то насмотрелись на всяких.
Тиа Плюм-Бум была крепкой, сильной женщиной в самом расцвете сил и плоти. Стриглась коротко, по-мужичьи, дня не мыслила без физической работы, большой охотницей была до борьбы и хищного носоломного боя, а на руках могла с самим Касьяном потягаться. Слабостей не имела, кроме пива и неких хрустящих «чипсов», которые подгонял ей Гаер. За свою насыщенную жизнь сводня много особей перевидала, и на Юга сперва сомневалась: красивый парень, бесспорно, но уж больно гордый да себе на уме, с червоточиной. Такой в горячке и прибить клиента мог, и покалечить.
Но, уважая вердо, решила испытать чернявого облюдка.
Не прогадала. Новый мальчик пользовался спросом. Как со стороны тиа, так и со стороны тио.
Через несколько смен хозяйка вызвала его к себе и предложила занять комнату наверху — второе жилье отводилось под спальни для работников Дома.
Облюдок отказался, изрядно удивив. Тиа прекратила кулачное избиение безликого чучела «Антона Отчаянного», исторически занимающего левый угол комнаты, вздернула подбритую бровь:
— Но почему, малыш? Ты паренек толковый, счет дарцам знаешь, так зачем платить Гостиному Дому, если можно свободно здесь устроиться? И на дорогу не тратиться, и тренироваться сможешь.
— Тиа Плюм-Бум, спасибо за предложение, но принять его пока не могу.
Женщина хмыкнула. Вытерла лоб, насмешливо бросила:
— Неужели есть что-то, чего ты не можешь?
Юга шутки-подначки не принял, серьезно объяснил:
— Я снимаю комнату с одним знакомым. Расходы мы делим пополам, и боюсь, один он не вытянет.
— Да ты заботливый малый, вот уж чего не ожидала от черненькой сучки вроде тебя! — умилилась Плюм-Бум. — Ладно. Этот твой «один знакомый» и впрямь просто знакомый или у него полный доступ?
— Просто знакомый, — твердо отрезал Юга, — он туповатый, неотесанный, но хороший парень.
— Кем промышляет?
— На пристани.
— Очень по-мужски, — оценила Плюм-Бум, прицельно убивая чучелко в пах, — если уж на то пошло-поехало, то я могла бы устроить его на полставки охранником и разрешить жить с тобой. У нас как раз по штату недобор выходит, Касьян жалился давеча…
— Нет, — решительно отверг необыкновенно щедрое предложение Юга.
— «Нет» еще раз?
— У нас договор. — Не сморгнув, соврал Юга. — Он не должен видеть меня за работой.
— Ты же сказал, что он «просто знакомый»? Какое дело ему, как и какими местами ты себе бусы добываешь?
— Я не хочу, чтобы он видел, — упрямо повторил Юга.
— Или стыдишься? — сощурила правый глаз тиа.
— Я не…
