— Я же говорю, за неё не стоит переживать, — произнес Дик. Выглядел он паршиво. Дик похудел, осунулся. Его кожа приобрела сероватый оттенок. Нос был сломан и слегка вдавлен в череп, что затрудняло дыхание, и он постоянно сопел.
— То есть, быть куклой для коменданта тюрьмы — это счастье? — с сарказмом спросила Диана.
— Во всяком случае, это лучше, чем сидеть здесь и ожидать обвинения, — ответил Дик.
— Что они смогут нам предъявить? — спросила Диана. — Против Франции мы ничего не совершали.
— Мы совершили многое против их союзника, — произнес Граймс.
— Подождите, — удивленно произнес Дик, — то есть это все правда?
— Да, — кивнул Граймс, — Новая британская империя и Франция планируют развязать новую войну.
— Новая Британия в Америке, а Франция в Индийском океане, — произнесла Диана.
— Им нужны не мы, а документы, — произнес Граймс. — Что мы? Без документов наши слова ничего не стоят. Даже если мы заявимся в Тайную службу. Новая Британия будет все отрицать. А вот если мы сможем доставить документы…
— Но документы у мистера Марлоу, — ответила Диана, — а где он — неизвестно.
— Я не думаю, что он бросит вас на произвол судьбы, — произнес Дик. — Раз ему удалось сбежать, то он точно найдет выход из этой ситуации.
— Какой выход, мистер Камерон? — вздохнув, спросила Диана, снова глянув на старшую по камере. Та делала ей не двусмысленные знаки. Дик проследил за её взглядом.
— Вы нравитесь Иффат, — усмехнулся он.
— Она предпочитает женщин? — удивленно спросила Диана.
— Она предпочитает сильных и волевых личностей, — произнес Дик, — а в женкой или мужской оболочке эта личность, её не волнует.
— Ясно, — ответила Диана, улыбнувшись Иффат, — но мистер Марлоу нам не поможет. Он один, он не знает языка. Не удивлюсь, если его уже поймали.
Иффат сидела в компании другой девушки, которая с ревностью смотрела на неё.
— Если бы его поймали, он бы уже был здесь, — произнес Дик. — Вообще, не понятно, почему французы вас здесь держат? Не проще передать вас Новой Британии?
— Не знаю, — произнесла Диана, поднимаясь. Она направилась к Иффат. Та так же поднялась и пошла на встречу. Её подруга с ревностью во взгляде отвернулась. Как будто, Иффат ей уже изменяет.
— Привет! — радостно произнесла она девушке.
— Привет! — ответила Иффат. — Ты британка?
— Догадалась? — удивленно спросила Диана.
— Французов в общие камеры не сажают, — ответила девушка. — И ты держишься особняком, с теми мужчинами, — она кивнула в сторону Дика и Граймса.
— Прости за того парня, — улыбнулась Диана, — я не хотела его калечить.
— Ничего! — махнула рукой Иффат. — На нем все заживает как на собаке.
Их разговор прервали, так и не дав ему начаться. Под потолком взвыла сирена. Где-то вдалеке послышался взрыв, затем еще один. В громкоговорителе безэмоциональный женский голос спокойно произнес длинную фразу. Потом повторил.
— Что она говорит? — спросил подошедший Граймс.
— Несанкционированное проникновение, — с улыбкой перевела Диана, — гарнизону приготовится к отражению атаки.
— Думаете, это мистер Марлоу? — спорил Граймс.
— Не знаю, — ответила Диана, — но кто нам мешает, воспользоваться ситуацией.
Она задумчиво посмотрела на свой протез. Подойдя к решетке, Диана схватила один из прутов протезом и потянула на себя, упершись здоровой рукой в соседний. С трудом, но прут подался. Отогнув так несколько прутов, она проделал лаз в решетке. Толпа заключенных собралась у неё за спиной.
— Ты бежишь? — спросила по-французски Иффат. Сейчас она выглядела иначе. Не такой сильной и решительной, какой была все это время. Она стала растерянной. Как будто, боялась потерять что-то ценное, дорогое. Но они не были с Дианой даже подругами.
— А ты остаешься? — спросила с улыбкой Диана.
— За мое преступление, при побеге, меня ждет смерть, — ответила молодая женщина.
— Меня тоже! — весело ответила Диана и пролезла в лаз.
— Примерьте это, мон амур, — с улыбкой произнес по-французски мужчина лет шестидесяти, протягивая девушке красивое вечернее платье. Он был высоким и худым как жердь. Седые волосы лишь обрамляли затылок, оголяя макушку и высокий лоб. Тонкая линия усиков повторяла изгиб губы.
— По-английски, ублюдок! — оскалившись, грязно выругалась Мияко. Она не понимала французского и заискивания старика её злили. Сейчас, когда Диана с Граймсом в тюрьме, а её Гил в бегах девушка не могла найти себе места, а этот старикашка только злил её своей обходительностью.