В центре у алтаря, стояла статуя высотой в полтора человеческих роста. Она изображала фигуру, чей пол определить было нельзя ни по лицу, ни по одежде, держащую в протянутых руках чашу, похожую на ту, что была вырезана на двери. Возле статуи сидел на коленях человек в серой рясе и вполголоса бормотал молитву. Услыхав скрип дверей, он медленно поднялся, обернулся и зашагал навстречу Таринору.
В его коротких русых волосах поблескивала первая седина, но в глазах еще не угасла воля к жизни, хоть лицо уже изрезали неглубокие морщины. Щёки и руки покрывали красные пятна ожогов, совсем свежие на вид.
– Да озарит свет твой путь, и да покинут хвори тело! – воскликнул он и тут же осёкся. – Сожалею, но здесь не раздают еду бродягам. Или же ты разбойник, раз пришёл с оружием в храм бога чистоты?
– Я не бродяга и не разбойник. Я наёмник и зовут меня Таринор. А исцеление, судя по всему, нужно как раз тебе, священник. Насчёт оружия – не сочти за оскорбление, но я не слишком доверяю местным, чтобы оставлять меч у порога.
– А что это у тебя на шее? – священник изменился в лице и отступил на шаг. – Ты бежал с виселицы? Учти, пролившего в храме кровь трижды проклянут, а после смерти ему уготовано…
– Я бежал от негодяев, что решили меня вздёрнуть в лесу у тракта, – устало проговорил Таринор, стремясь сохранить самообладание, – поэтому вчерашний день у меня выдался, прямо скажем, дерьмовым. Надеюсь, что сегодняшний окажется лучше, но для этого ответь мне на вопрос: ты отец Дормий?
– Да. Так меня называют здесь, – осторожно согласился священник. – Вот только в храме отца чистоты не пристало сыпать проклятьями.
– Язык мой – враг мой, – вздохнул наёмник. – Был я у вашего старосты, и он меня вроде как нанял. Вкратце рассказал о доме волшебника, а о подробностях велел расспросить тебя.
Отец Дормий потёр бок и сочувственно улыбнулся.
– Стало быть, ты намерен изгнать скверну в одиночку? Даже и не пытайся. Видишь? – он указал на ожоги. – Не хочу, чтобы тебя постигла та же участь, наёмник.
– Слушай, мне обещали денег за очистку дома и направили к тебе. Я семь дней топтал этот… – Таринор запнулся, едва не ругнувшись, – …Золотой тракт, чтобы добраться сюда из Гирланда, упал в грязь, измазался с ног до головы, и ты заявляешь, что мне ничего не светит, и я снова лягу спать голодным? Неужто совсем нет способа?
Священник поглядел на статую, нахмурился и вздохнул.
– Есть одна возможность. Но тебе придётся нелегко. Скажи, умеешь ли ты читать? – с надеждой спросил Дормий.
– Представь себе, умею. А причём здесь это? – не понял Таринор.
– Хорошо, я объясню. В книге «Семь постулатов Отца чистоты» есть нужные тебе молитвы для изгнания нечисти. Но тебе придётся как-то попасть в тот дом и читать там книгу в полночь. Можно было бы обойтись и без неё, но ты даже не послушник и наверняка не запомнишь ни одной из изгоняющих молитв в короткий срок. Не говоря уже о том, что написаны они весьма мудрёно, особенно для такого, как ты… Да и нечисть, как видишь, не даёт себя так просто прогнать. – священник задрал рукав и продемонстрировал обожжённую кожу.
Таринор поёжился. Это поручение разительно отличалось от всего, с чем ему приходилось сталкиваться. Читать старые книги и изгонять нечисть ему ещё не доводилось. Но если за это платят, то почему бы и нет? Просто ещё один способ заработать на жизнь.
– И где же мне взять эти «Постулаты»? – спросил наёмник, опасаясь, что ему ещё и книгу придётся самому доставать.
– Она должна быть у меня где-то здесь, в храме, сейчас принесу, – ответил Дормий, после чего вышел через неприметную дверь за алтарём, а наёмник принялся разглядывать храм.
Собственно, кроме статуи, ничего интересного здесь и не было. Через из распахнутого окна падал прямо на неё, делая все сколы и выщербины ещё заметнее. Ко всему прочему, приглядевшись, Таринор заметил, что у статуи не хватает носа. Хоть сейчас она выглядела неважно, но, должно быть, некогда она действительно внушала благоговейный трепет перед Холаром всякому, приходящему в храм. Таринор представил, как кто-то сидел в маленькой душной комнате и старательно обрабатывал каменную глыбу, пытаясь создать нечто прекрасное, и невольно проникся уважением к кропотливому труду неизвестного скульптора.
Размышления наёмника прервал скрип дверцы, из которой показался отец Дормий, несущий в руках старый потрепанный фолиант. Так вот они какие, «Постулаты», догадался, было, Таринор, но священник подошел ближе, и наёмник понял, что книга эта совсем другого толка. Чёрный кожаный переплёт и явно нецерковные знаки на корешке красноречиво давали понять, что таким книгам в храме не место.
– Надеюсь, я не заставил тебя долго ждать, Таринор?
– Вовсе нет. Это ведь не «Постулаты», верно? – наёмник указал на книгу.
– Верно, – согласился священник, – это «Трактат о нечистых», учебник по демонологии. Старый, но весьма неплохо написанный.
– И как же он к вам попал?
