– Ну да, – ответил наёмник, не оборачиваясь, – а в кладе том рубин с кулак размером и три мешка золота, так? Тебе б не старостой работать, а на ярмарке байки рассказывать, людей развлекать небылицами. Нынче, кстати, такое в цене. Может быть, у вас тут так принято, искать дураков, которые за честное слово ради вас из кожи вон полезут, но я предпочту найти местечко посолиднее, где, по крайней мере, платят серебром, а не красивыми обещаниями. И поверь, староста, узнает народ о твоей порядочности, за это могу поручиться. Руки не подадут – это точно. Или лучше, чтобы об этом узнал лорд этих земель? Здесь, кажется, заправляют Майвены. Отправлюсь-ка я в Майвгард, слышал, там готовят отличное жаркое…
Бедобор изменился в лице. Он покраснел, запыхтел, нервно почесал лысину и, наконец, выпалил уже открывающему дверь наёмнику:
– Ладно, скажу всё как есть! – услышав это, Таринор остановился и обернулся. – Денег и вправду нет. Точнее, хватает их ровно на то, чтобы деревня концы с концами сводила. В общем, мало. Очень.
Голос старосты звучал неровно, то и дело прерывался пыхтением.
– А больше их станет только когда прибудет обоз. Ждём со дня на день, а его всё нет. Видать, дороги дождями совсем размыло, не проехать. Ну да кому я рассказываю, ты и сам с тракта… Так что прямо сейчас могу дать десяток серебром, – сказал Бедобор, но увидев недовольное лицо наёмника, прибавил: – Нет, даже двадцать монет! По глазам вижу, ты человек добрый, войди в положение. А как обоз подойдёт, ещё получишь, клянусь.
Таринор усмехнулся про себя и вздохнул.
– Не успел выполнить одно обещание, как спешишь дать другое. И сколько же я получу?
– Ровно тридцать новеньких маренов! Прямо из казны его светлости лорда Джойберта Майвена! Всего выйдет пять десятков. Целое состояние! Двух свиней купить можно! И ещё пару овец в придачу. А пока – вот, чтобы никто не смел меня пустословом назвать.
Бедобор пошарил под столом и со звоном положил на стол увесистый с виду холщовый мешочек. Глаза старосты были полны надежды и мольбы, а со лба медленно сползали крупные капли пота. От прежней напыщенной деловитости не осталось и следа: теперь Бедобор глядел на Таринора умоляющим взглядом нищего. Всё в его теперешнем образе заставляло если и не поверить, то хотя бы сжалиться над ним.
–– Ох, староста… Учти, если не получу оставшееся, об этом не только окрестные деревни узнают, уж я об этом позабочусь. Да и тебя односельчане могут не признать, без зубов-то.
– Всё будет. Всё уплачу. В долгу не останусь. Слово… Слово старосты! – просветлел Бедобор. – И в «Кабане» пусть денег с тебя больше не берут – скажи, что я велел!
– Ладно, чёрт с тобой. Согласен, – махнул рукой Таринор. – Где хоть эта твоя пещера?
***
«Весёлый кабан» пребывал в том же невесёлом состоянии, что и в прошлый визит наёмника. Вот только на этот раз, стоило Таринору войти, дремавший у очага кот пронзительно зашипел и выскочил за дверь.
– Чего шумишь, оглоед?! – лысеющий хозяин заведения вынырнул из-под барной стойки. – А, снова ты. Ну как? Прогнал нечистых?
– Прогнал. Да только староста с оплатой задерживается. Зато повелел кормить и поить меня за счёт заведения. Видать, возместит.
– Эх, с него потом не допросишься… – вздохнул тавернщик. – Ладно уж, чего изволите?
– Ну, шиковать за чужой счёт не стану. Я б чего-нибудь выпил, вот только, помнится, ты в прошлый раз харчами не баловал. Тащи похлёбку луковую, помнится, она недурна была. А как принесёшь, расскажи, чем молва людская нынче живёт. Наверняка в деревню путники захаживают. Может, говорят, что в округе происходит. Глядишь, и для меня работёнка подвернётся.
На этот раз кроме миски похлёбки, которая была побольше прежней, да и её содержимое выглядело погуще, тавернщик поставил на стол деревянную кружку с рубиновой жидкостью.
– Вот те раз! – усмехнулся Таринор. – А говорил, выпить нечего.
– Э, нет, господин, – хитро погрозил пальцем хозяин таверны, – вы в прошлый раз про пиво спрашивали. А тут бражка свекольная, из собственных запасов.
– Сам сбраживал?
– Известное дело, сам. По рецепту дядьки покойного, уж кто в напитках понимал, так это он! большой знаток был, покуда богам душу не отдал… Не, вы не подумайте, его волки по зиме загрызли. Знали б, сволочи, какого человека загубили, эх! Вот и подумал, раз уж нечисть из деревни прогнали, то и угостить вас – дело богоугодное. А то как можно-то, жить бок о бок с такой пакостью? К слову, кто там был-то хоть?
– Двое чертей, – ответил Таринор, но, увидев, как тавернщик охает и качает головой, добавил: – Здоровые были, сволочи, что твой боров.
– Эх, что ни день, то новая напасть! Ну, хоть с этими справились. А вот я вам сейчас ещё кой-чего поведаю. Чудище в здешних краях завелось. Скотину таскает, людей…
– Да, староста уже рассказал. И даже уговорил меня изловить его.
– Ишь как, – присвистнул тавернщик. – Ну, добро, тогда скажу о том, чего сам староста не знает. Тебе, добрый господин, в Драконьей долине бывать доводилось?
– Не доводилось, но, полагаю, после твоих слов доведётся?
