Пыль на губах полностью

Девушка вскрикнула и толкнула вперед лезвие стилета. Обезумевший монстр насадился сердцем на сталь и задергался, будто бабочка на игле булавки. — Сайрон, — прохрипел он. — Сайрон!

Ланта выдернула стилет и отскочила в сторону. Выродок упал на землю, захрипел и испустил дух.

Девушка почувствовала, как задрожали колени. Она первый раз в жизни убила живое существо. «Он хотел убить меня! — пыталась она убедить себя. — А вдруг нет? Вдруг он просто испугался горящей коры?»

Перед глазами Ланты снова всплыли страницы манускрипта: «Сайроновые выродки сохранили лишь остатки разума, ими двигает только голод и страстное желание получить новую дозу фиолетовой пыли».

Дальнейшие размышления Ланты прервал отчаянный призыв о помощи. Судя по голосу, это была не Паента.

Ланта сжала рукоять стилета. «Это ловушка!» — мелькнуло в ее мыслях.

Но ноги девушки уже сами собой несли её на крик. «Я убила сегодня одно живое существо и не позволю из-за моего бездействия погибнуть еще одному, даже если это крик сайронового выродка».

Ланта остановилась и прикусила губу. На помощь звал юноша в меховой куртке. Он барахтался и хрипел, охваченный ветвями обман-дерева. Юноша попал в одно из самих неудачных мест в лесу. Всего в двух шагах росло сразу четыре стрелдрева, а чуть поодаль еще и хищное дерево. «Ему еще повезло. Будь сейчас осень, стрелдрева нашпиговали бы его стрелами и помогли обман-дереву покормиться». Ланта читала, что стрелдрева переплетали корни с обман-деревом и получали от него питание, в случае если тому удавалось полакомиться незадачливой жертвой.

— Как же тебе помочь! — Ланта застучала ногой. Юноша уже задыхался. «В книгах писали, что самая уязвимая часть обман-дерева корни. Но как до них добраться?»

Ланта прищурилась. Весеннее таяние снегов размыло почву около дерева, обнажив один из толстых белых корней, он лоснился от жира и подергивался, напоминая огромного червя.

На размышления больше не было времени. Ланта скинула рюкзак на землю, прыгнула и присела, волосы взметнулись над ней. Ветка обман-дерева ринулась навстречу и накрутилась на несколько не успевших опасть волосков. Ланта закричала и дернулась вперед, выдирая волосы с корнем.

Отчаянный крик Паенты разнесся над лесом. Ланта зажмурилась. Она читала, что обман-дерево часто проворачивает подобный слуховой трюк со своими жертвами, привлекая или отпугивая. — Меня так легко не обмануть, — буркнула Ланта и вонзила стилет в корень дерева.

Яростное шипение вырвалось откуда-то с верхних ветвей дерева. Ветки отпустили юношу и метнулись к Ланте. Девушка метнулась в сторону, ухватила юношу и рывком отдернула в сторону, где их не могло достать обман-дерево.

Юноша вывалил язык изо рта, его грудь судорожно дергалась. Ланта подняла веко юноши, его глаза закатились. — Сознание потерял, — кивнула Ланта и огляделась. Прямо около одного из стрелдрева росла змеиная лиана, еще не успевшая вырасти настолько, чтобы начать оплетать ствол дерева. Ланта не могла вспомнить ни одного зелья, где можно применить змеиную лиану, но сейчас она была полезнее любого лекарства.

Девушка оборвала тонкий усик лианы, размяла его и положила под язык юноши. Оставалось подождать полминуты.

Это время Ланта потратила, разглядывая незнакомца. Он был молод, может одного с ней возраста, может чуть младше.

— Красивый, — прошептала Ланта и прикусила язык. Но юноша еще не пришел в себя.

Ланта осторожно коснулась его густых темно-русых волос и залюбовалась аккуратными бровями, словно он причесывал их и ухаживал за ними, подобно дворцовым леди. Ланте не нравились бледные резкие и угловатые лица, столь частые среди аристократов Астарии и этот юноша с мягким чуть округлым лицом и загорелой кожей с румяными щеками заставил что-то затрепетать внутри девушки. Ланта чуть покраснела, но взгляд не отвела, стараясь запечатлеть черты юноши в памяти. По её подсчетам он вот-вот должен был прийти в себя.

Кэль открыл глаза и увидел самое прекрасное существо в своей жизни. Это был истинный дух добра, в которого верил его клан.