Брови Кэля поползли вверх. — Джоль, ты чего грубишь?
Риэтта улыбнулась. — У вас, у северян интересная манера общения. Приятно познакомиться. А этот несчастный парень?
— Мейт, — Кэль поднял безвольное тело друга и закинул его руку на плечо, а потом продолжил беззастенчиво рассматривать девушку. На Риэтте было карминовое платье, подпоясанное изящным золотым пояском, платье было строгим, облегающим, прикрывало колени и грудь до самой шеи, которую украшал тонкий, едва заметный несомкнутый обруч, сделанный из трех переплетённых золотых проволочек. От ветра Риэтту защищал короткий зеленый плащ с рукавами, который едва доставал до низа спины. На плаще был темно-зеленый узор, который разделял ткань на квадратики. Кэлю понравился цвет, он идеально гармонировал с глазами девушки.
Риэтта заметила взгляд юноши и опустила глаза. — Пойдемте за мной, — предложила она тихим голосом.
Они перешли за ней через проспект, услышав в свой адрес несколько нелестных фраз, и оказались около интересной повозки Риэтты. Она была сделана более изящно, из выбеленного дерева и имела крышу.
Волшебница открыла дверцу и помогла им загрузить туда Мейта, затем они забрались следом.
— Извините, что немного тесновато, но сейчас я пересяду на козлы и станет посвободнее.
Кэль опустил уголки губ вниз от удивления. — Вы сами управляете повозкой?
— Не люблю утруждать людей тем, что могу сделать сама, — скромно улыбнулась девушка и ловко перелезла через оконце впереди к козлам.
Всю дорогу Кэль рассматривал спину Риэтты и ругал себя за мимолетный интерес, проскользнувший внутри.
—
В таком невеселом внутреннем диалоге, для Кэля прошла вся дорога до дома Риэтты.
— А почему у вас все дома на столбах, это же жутко неудобно? — спросил Кэль, когда карета остановилась около жилища волшебницы.
Риэтта не ответила, она вытащила из встроенной в сиденье ниши резную палочку и, прищурившись, ткнула ею в незаметную кнопку в одном из столбов. Зашуршали скрытые механизмы и из-под входной двери выдвинулась лестница. Риэтта ловко запрыгнула на нее и прищелкнула каблучками туфель, задорно улыбнувшись через плечо. — Ой, это очень длинная история. Пойдемте в дом, я вам все расскажу.
Девушка легко вспорхнула по лестнице и исчезла за изящной круглой дверью, выкрашенной золотой краской.
Джоль за спиной Кэля кашлянула. — Выглядит как логово ведьмы.
Юноша словно и не услышал слов спутницы. Он улыбнулся сам себе и не заметил, как запрыгнул на лестницу и устремился вслед за волшебницей, поднимаясь быстрее, чем это было необходимо.
Джоль помрачнела и скривила губы, проследив, как за Кэлем поднялся Мейт. Она стояла, чувствуя, как проезжающие мимо люди не отрываясь смотрят ей в спину. Передернувшись под их любопытными взглядами, Джоль вздохнула и поднялась в дом. Лестница, словно получив невидимый приказ, почти бесшумно задвинулась. Девушка только успела подумать, что покинуть этот дом будет непросто. Так же непросто, как и попасть сюда, не зная хитроумного механизма.
В доме приятно пахло. Прихожую наполнял аромат неизвестных цветов, сладковатый и совсем не настойчивый.
Кэль почувствовал, как сами собой, опустились вниз плечи.
— Подождите, я сейчас все подготовлю и вас приглашу, — Риэтта указала гостям на небольшой диванчик у входа, обитый красным бархатом. Девушка ушла в соседнюю комнату и прикрыла за собой дверь.
Джоль с подозрением принюхалась. — Надеюсь, эта ведьма не хочет нас усыпить и потом провести ужасные эксперименты над нашими бездыханными телами, — громко сказала девушка.
— Джоль! — возмутился Кэль. — Как ты можешь так говорить? Мы должны быть благодарны Риэтте за помощь и гостеприимство.
Даже Мейт смутился и потер лоб, смотря куда-то в сторону.
Джоль покачала головой. — Я не верю в бескорыстную помощь.
Кэль улыбнулся. — Но ты же мне помогаешь.
Девушка опустила голову и почесала кончик носика. — Это другое.
Кэль хотел выспросить подробностей, но открылась дверь и Риэтта без слов поманила их в комнату, загадочно улыбаясь.
Юноша почувствовал смесь интригующего любопытства и страха. Он оглянулся на спутников, но они ждали его решения. Кэль пожал плечами и шагнул в комнату.
Юноша охнул, когда попал в просторный зал, пол в котором был выложен мрамором, а стены покрывала изящная и строгая черно-белая мозаика, изображающая работу ученого над толстым трактатом.
— Это моя лаборатория! — похвалилась Риэтта.