Я вновь одернула себя. Не офигела ли я спрашивать, есть ли у него девушка? Девушки? Я даже не чувствовала уверенности в том, что хочу это знать. Я заглотила оставшийся коктейль и чуть не поперхнулась лежавшим на дне фруктом.
Дэмиен еще немного полистал мою ленту, потом остановился. С любопытством смотрел какое-то время.
– Это Майкл?
Он повернул телефон ко мне, и у меня скрутило живот.
– Да, – кивнула я. – Это он.
– А ты… ты… – Дэмиен поднес телефон поближе к глазам, – сама на себя не похожа.
Меня это ошеломило. Вот чего я никак не ожидала.
– В каком смысле?
– Волосы такие ровные… выпрямленные?
– Майклу так нравилось. – я инстинктивно потрогала волосы. От морской воды они пошли волнами, и я небрежно собрала их в пучок. В обычной жизни меня бы никто в таком виде ни за что не увидел.
– Лили, а ожерелье?
– А. Это семейное наследие Майкловых родственников.
Честно говоря, я его терпеть не могла. Старый барочный жемчуг, который я чувствовала себя обязанной носить по всяким особым случаям и на семейные торжества.
– Тучка все время грозится разобрать его на китайские колокольчики.
Дэмиен хихикнул.
– Думаю, она мне понравится.
Он убрал телефон в карман и наклонился ко мне через стол.
– Вот это ты.
– Неопрятная версия, – поспешно добавила я, убирая выбившуюся прядь за ухо.
– Неопрятность тебе идет. – он игриво улыбнулся, и я принялась таять, как мороженое. А ведь я не могла себе такого позволить, и поэтому распрямила спину и скрестила ноги.
– Так что теперь? Будем просто сидеть и ждать карту?
– Нет, думаю, что в какой-то момент надо бы поспать.
– Где?
Дэмиен улыбнулся.
– Я покажу.
– Блин, где мы? – я в шоке осматривалась по сторонам.
– В хостеле, – радостно ответил Дэмиен.
– У нас же есть прекрасный отель!
– Лили, это совсем неприкольно!
– А это прикольно? – фыркнула я.
Заведение больше смахивало на постапокалиптический ночной клуб, чем на место, где можно заснуть. Кто-то танцевал, кто-то валялся на ярких креслах-мешках кислотных расцветок, разбросанных тут и там, кто-то играл в громкие игры с алкоголем, их подбадривали девочки-болельщицы в бикини. Раздвижные стеклянные двери вели в битком набитую зону бассейна: люди смеялись, плескались, прыгали… Смотри-ка, а вон голый мужик. Восхитительно!
Я перешагнула через кого-то, лежащего на полу явно без сознания, едва не споткнувшись о валявшуюся здесь же пивную банку.
Я еще больше утвердилась в своем мнении, увидев «номера». Передо мной оказалась громадная серая комната, как в общаге или тюрьме, с многоэтажными каркасными кроватями от пола до потолка.
На некоторых кроватях кто-то жил; какие-то девчонки отвлеклись от журналов и с улыбкой посмотрели на нас (или, может, только на Дэмиена). Парень с голым торсом и дредами кивнул, скручивая «что-то», и сказал: «Йоу, чувак», а чье-то тело на верхней полке громко застонало.
Мне стало мерзко от одного только вида. Общежития не для меня. А дальше что? Сухие пайки и один кусок мыла на всех?
Но не успела я открыть рот для возмущенных возражений, как заговорил Дэмиен:
– Ну же, Лил, где вся твоя тяга к развлечениям?
– Развлечения? Здесь? Сомневаюсь.
Знала бы я, как ошибалась!
У меня гудела голова, я смутно понимала, что рядом с ухом что-то капает. Я попыталась перевернуться. О-о-о-й… адски болел живот, как будто меня по нему били ногами.
Я попыталась открыть рот, но не могла, как у зубного, когда он делает слепок с обеих челюстей разом.
Наконец они подчинились. Но все вокруг оказалось таким незнакомым…
Над головой болталось что-то странное. Похоже на…
Я посмотрела по сторонам.
Так, ладно. Я лежу на ярко-розовом шезлонге у бассейна. Какие-то резвые ребята плещутся в воде; на соседних шезлонгах тоже кто-то спит, большинство выглядит как с адского похмелья. Да и у меня по ощущениям то же самое. Но я не помню, чтобы пила.
Я встала и скривилась от боли. Все мышцы от икр до бедер, а также задницы, плюс такие, о существовании которых я даже не подозревала, просто горели.
Похоже, я пила накануне. А потом занималась спортом. Иначе ничем такие ощущения не объяснишь.
Голова была
