Я похлопала ее по спине, чтобы поддержать, так как тон голоса выдавал ее чувства. Гекче мгновенно повернулась ко мне с хитрой ухмылкой на лице и стала смотреть на меня.
– Что ты сегодня делала?
В ответ на ее вопрос я взяла одну из подушек на кровати и села, скрестив ноги, улыбнулась и начала свой рассказ.
– Все было так прекрасно, Гекче.
В это время слова сами текли с моих губ.
Я с волнением рассказывала Гекче обо всем, что мы делали в течение дня. От похода в парк аттракционов до того, почему Демир держался от меня подальше.
Я рассказала все. Как всегда, Гекче, когда речь заходила обо мне, она снова старалась понять без осуждения.
– Дочь моя, ты заколдована? Огуз сказал, что у него есть секрет, и он открыл мне свою тайну. А Демир… Когда я слушаю твой рассказ, понимаю, что у Огуза нет шансов.
Когда я ударила ее подушкой, которую держала в руке, он ударила меня в ответ.
– Ни за что, Гекче!
После того как она ударила меня той же подушкой, она сделала серьезное лицо.
– Ладно, ладно, ты хорошо провела время, но прекрати это тайное дело. Не затягивай больше. Никогда не думала, что скажу это, но Сенем очень жаль.
Несмотря на то что Гекче старалась позитивно относиться к произошедшему только ради меня, она не могла игнорировать свою объективную точку зрения. Я не могла не согласиться с ней. Мы с Демиром знали о своих чувствах друг к другу и как-то сумели в этом признаться. Оставалось только объяснить это Сенем, но я не представляла, как это сделать, не расстроив ее.
– Мы все объясним после дня рождения Сенем.
– Я не думаю, что тебе нужно ждать. Просто скажи.
Хотя я был удивлена, что она думает так же, как и Демир, мы не могли так поступить. Я не могла лишить Сенем радости по поводу ее дня рождения.
– Мне страшно, Гекче. У меня плохое предчувствие. Когда речь идет о друге, с которым мы вместе столько лет, не знаешь, что делать.
Когда я высказала свои чувства, Гекче подошла ко мне и взяла меня за руку. Я не сомневалась, что она поддержит меня во всем. Она была девичьей версией Мустафы.
– Говорят, что страх бесполезен. Старайся быть храброй и береги огонь в своем сердце. Сенем разозлится раз, может быть, два, но в конце концов она примет правду.
Пока она пыталась утешить меня своими словами, я не могла успокоиться: в эти дни меня смущала одна очень важная деталь, и я хотела поделиться ею с кем-нибудь, в первую очередь с Гекче.
– На самом деле, есть кое-что, что меня смущает.
– Что именно?
– В то время как большинство людей в школе, ты, Огуз, Бахар, даже те, кто учится в танцевальной школе, так четко все осознают, почему же Сенем не видит этих вещей? Я не понимаю. У меня в голове все перепуталось, Гекче. Я не могу понять.
Она затаила дыхание, глядя, как я изливаю свои истинные переживания. Конечно, она тоже видела это.
– Я не хочу брать на себя грех Сенем, но я думаю, что она на самом деле все знает, Ниса, и поэтому делает это специально.
Пока ее фразы еще больше запутывали мои мысли, я пыталась взвесить недавнее поведение Сенем: дружеское общение с Демиром в школе, приглашение его на ужин и, как будто этого было недостаточно, принуждение его пригласить себя на ужин… Это было немыслимо.
Когда человек влюблен в кого-то, он не должен ставить все с ног на голову, по крайней мере, я так считала, но, видимо, мы с блондинкой расходились и в этом вопросе. Когда я уже открыла рот, чтобы выразить свое замешательство, дверь в комнату неожиданно открылась.
– Девочки, я отправил родителей в их комнаты и приготовил хороший фильм, пойдемте, посмотрим его вместе.
Гекче с ухмылкой повернулась ко мне, когда предложение Гекхана наполнило комнату. Когда брат уже покинул нас, она вскочила с кровати, надев на ноги домашние тапочки.
– Он надоедливый и все такое, но он выбирает хорошие фильмы. Нельзя упускать такую возможность. Пойдем, спустимся вниз.
Гекче, казалось, очень хотела посмотреть фильм, но я не разделяла ее энтузиазма. Я не думала, что смогу смотреть фильм, когда мои мысли так заняты. Но когда я попала под настойчивый взгляд голубых глаз Гекче, я сдалась, встала с кровати и пошла за ней.
В голове было столько вопросов. Чтобы узнать ответы на все из них, нужно было либо открыть правду прямо сейчас, либо ждать целую неделю. И я решила подождать.
С изменением частоты моего радио я поддался влиянию иностранной музыки, журчащей в мои уши. Я не мог не подпевать припевам: эти слова вызывали у меня ностальгические чувства. Это очень увлекало.
Я старался не потерять контроль над рулем. Я прибавил громкость и опустил стекло автомобиля. Хотя ветерок, бьющий в лицо, охлаждал глубины моей души, пока припевы песни задавали мне романтический настрой, я не мог забыть все, что случилось за последнее время. Я провел некоторое время в ожидании, а после все-таки собрался с духом.
