— Теперь вы понимаете, что она не могла погибнуть, она не сдается так легко. — Ее голос стал резче. — Но мы напрасно теряем время. Нам нужна карта.
Портье постучал в дверь через несколько минут после звонка Гарри, и они расстелили на столе принесенную им карту.
— Я этих штук не понимаю, — сообщила Анна. — Покажите мне, где нас торпедировали.
Гарри знал положение «Несгибаемого», сообщенное ему штурманом, и показал Анне нужное место на карте.
— Вот видите? — победоносно воскликнула Анна. — Тут всего несколько сантиметров от берега! — Она обвела контур Африки пальцем. — Так близко, очень близко…
— Это сотня миль… а может, и больше.
— Вы всегда такой жалкий? — рявкнула Анна. — Мне говорили, что течение там идет к суше и ветер всегда дует очень сильно в сторону земли… В любом случае, я ведь знаю мою малышку.
— Течение со скоростью четыре узла, плюс ветер… — Гарри быстро сделал подсчет. — Да, это возможно. Но понадобится много дней.
Гарри уже был доволен собой. Ему нравилась абсолютная уверенность этой женщины. Всю жизнь он являлся жертвой собственных сомнений и нерешительности и не мог припомнить такого случая, когда ощущал бы уверенность хоть в чем-нибудь, — а его новая знакомая, похоже, была уверена во всем.
— Значит, если ветер и вода ее подталкивали, где она вышла на берег? — требовательно спросила Анна. — Покажите!
Гарри отметил нужную точку карандашом:
— Я бы сказал… примерно здесь!
— А! — Анна прижала к карте толстый крепкий палец и улыбнулась.
Когда она улыбалась, она становилась немного похожей на Чаку, огромного злого мастифа Гарри, и Гарри улыбнулся в ответ.
— А, вот как! А вам эти места знакомы?
— Ну, я немного о них знаю. Я бывал там с Ботой и Сматсом в четырнадцатом году как специальный корреспондент «Таймс». Мы высадились в Уолфиш-бэй, Китовом заливе…
— Хорошо! Хорошо! — оборвала его Анна. — Значит, тут проблемы нет. Мы отправимся туда и найдем Сантэн, так? Когда мы можем выехать, завтра?
— Это не так-то просто! — Гарри был захвачен врасплох. — Видите ли, это одна из самых суровых в мире пустынь…
Улыбка Анны растаяла.
— Вы всегда находите проблемы, — зловеще произнесла она. — Вам всегда хочется поболтать, вместо того чтобы действовать, а пока вы болтаете, что́ происходит с Сантэн, а? Мы должны поехать немедленно!
Гарри благоговейно уставился на нее. Казалось, она уже отлично его знала. Она поняла, что он мечтатель и романтик, предпочитающий жить воображением, вместе с героями своих книг, а не в реальном суровом мире, который так его пугал.
— Вот только теперь времени для вашей болтовни не осталось. Нужно делать дело. Сначала мы должны составить список, а потом действовать по нему. Начинаем. Что первое?
Никто и никогда вот так не разговаривал с Гарри с самого его детства. С учетом его воинского звания и креста Виктории, его унаследованного состояния, его научных работ по истории и его репутации философа, мир относился к нему с уважением, как к мудрецу. Гарри знал, что на самом деле ничего подобного не заслужил, это смущало его, и он еще глубже погружался в свой воображаемый мир.
— А пока вы составляете список, снимайте жилет.
— Мадам?
Кортни был явно потрясен.
— Я не мадам, я Анна. Давайте мне жилет, на нем пуговица оторвалась.
Гарри молча повиновался.
— Первое…
Гарри, оставшись в одной рубашке, начал писать на листке из отельного блокнота.
— Первое — дать телеграмму военному губернатору в Виндхуке. Нам понадобится его разрешение, там сплошь закрытые военные зоны. Нам потребуется его содействие, он сможет организовать снабжение продовольствием и водой.
Теперь, когда Гарри вынудили действовать, он работал быстро. Анна села напротив него, пришивая пуговицу сильными умелыми пальцами.
— Какое продовольствие? Вам нужен для этого второй список.
— Разумеется…
Гарри выдернул из блокнота второй листок и положил перед собой.
— Ну вот! — Анна перекусила нитку и вернула ему жилет. — Теперь можете надеть.
— Да, мевроу, — смиренно ответил Гарри.
Но он и припомнить не мог, когда в последний раз чувствовал себя так хорошо.
Уже после полуночи, когда Гарри в халате вышел на маленький балкон в своей спальне, чтобы наконец-то вдохнуть свежего ночного воздуха, и когда он мысленно обозрел дневные события, к нему вернулось ощущение бодрости.
Они с Анной продемонстрировали чудеса трудоспособности. Они уже получили ответ от военного губернатора в Виндхуке. Как всегда, имя Кортни вызвало искреннее желание содействовать. Им с Анной зарезервировали места на пассажирском поезде, который должен был отправиться в полдень следующего дня и доставить их за Оранжевую реку и через пустыни Намакваленд и Бушманленд, — от Виндхука ехать предстояло четыре дня.
