Сантэн почувствовала себя слишком уязвимой. Это новое расстройство пугало ее, ведь она всегда была такой здоровой и сильной… Она боялась, что врач может обнаружить какую-нибудь страшную болезнь.
— Все в порядке, правда!
Но он решительно повел ее за руку к госпитальной машине и опустил брезентовый верх.
— Лягте сюда, пожалуйста.
Не обращая внимания на протесты девушки, врач расстегнул на ней блузку, чтобы прослушать легкие.
Он держался так профессионально, что Сантэн уже не возражала и покорно отдалась его действиям, садясь, дыша и кашляя по его приказу.
— Теперь мне нужно осмотреть вас, — сказал доктор. — Хотите, чтобы присутствовала ваша горничная?
Сантэн молча покачала головой, и он сказал:
— Пожалуйста, снимите юбку и панталоны.
Закончив, он стал не спеша укладывать в сумку инструменты, пока Сантэн одевалась.
Потом он посмотрел на нее с таким странным выражением, что Сантэн перепугалась.
— Это что-то серьезное?
Врач покачал головой:
— Сантэн, ваш жених погиб. Вы сказали мне об этом ночью.
Она кивнула.
— Пока что слишком рано утверждать, слишком рано… но я уверен, что вам понадобится отец для ребенка, которого вы носите.
Руки Сантэн инстинктивным защитным жестом легли на живот.
— Конечно, я знаю вас всего несколько дней, — продолжил молодой хирург. — Но мне хватило этого времени, чтобы понять: я полюбил вас. И для меня было бы честью просить вас…
Он умолк, потому что Сантэн его не слушала.
— Майкл… — прошептала она. — Ребенок Майкла… Я не все потеряла. У меня осталась его часть.
Сантэн с таким удовольствием съела сэндвич с окороком и сыром, принесенный ей Анной, что Анна подозрительно посмотрела на нее.
— Мне уже намного лучше, — предупредила Сантэн ее допрос.
Они помогли накормить раненых и подготовить их к дальнейшей дороге. Двое из самых тяжелых умерли ночью, и санитары поспешно похоронили их в неглубоких могилах на краю поля, а потом санитарные машины двинулись с места и влились в общий поток по главной дороге.
Сутолока на дороге понемногу уменьшалась, когда армия приходила в себя после полной растерянности и понемногу восстанавливала порядок. Движение по-прежнему было медленным, но остановки случались реже, а вдоль дороги за ночь появились временные пункты снабжения.
Во время их следующей стоянки на окраине крошечной деревеньки, полускрытой деревьями и виноградниками, Сантэн заметила очертания самолетов, стоявших на краю одного из виноградников.
Она поднялась на подножку санитарной машины, чтобы лучше рассмотреть, и в это время несколько самолетов оторвались от поля и пролетели низко над дорогой.
Разочарование Сантэн оказалось глубоким, когда она поняла, что это неуклюжие двухместные разведчики «Де Хэвилленд», а не красивые SE5a эскадрильи Майкла. Она помахала самолетам, и один из пилотов посмотрел вниз и махнул в ответ.
Это немного взбодрило Сантэн, и она вернулась к своим повседневным делам, чувствуя себя сильной и бодрой. Она шутила с ранеными на своем английском, не смущаясь сильным акцентом, а они с удовольствием смеялись. Один из них назвал девушку Солнышком, и это прозвище моментально разлетелось по всем санитарным машинам.
Бобби Кларк остановил Сантэн, когда она проходила мимо него.
— Отлично справляетесь… но не забывайте, вам нужно поберечь себя.
— Все будет хорошо. Не беспокойтесь обо мне.
— Не могу. — Доктор понизил голос. — Вы подумали о моем предложении? Когда вы дадите мне ответ?
— Не сейчас, Бобби. — Она произнесла его имя, делая ударение на каждом слоге: «Боб-бии», и у врача перехватило дыхание. — Мы поговорим позже… но вы так добры…
Теперь дорога снова стала почти непроходимой, потому что к Морт-Ому спешили подкрепления, чтобы помочь удержать новую линию фронта. Бесконечные колонны марширующих солдат тащились мимо машин, перемежаемые рядами стальных шлемов артиллеристов и грузовиками с орудиями, боеприпасами и прочим.
Продвижение вперед затормозилось, санитарным машинам то и дело приказывали съехать с дороги в поле или на боковую проселочную дорогу, когда навстречу шли новые и новые военные силы.
— Мне скоро придется отправить все машины обратно, — сказал Бобби девушке во время одной из остановок. — Мы там понадобимся. Как только найдем полевой госпиталь, я передам туда всех этих пациентов.
Сантэн кивнула и поспешила к соседней машине, где один из солдат тихо звал ее:
— Солнышко, идите сюда… можете дать мне руку?..
Бобби поймал Сантэн за рукав:
— Сантэн, когда мы доберемся до госпиталя, там обязательно будет капеллан. Это займет всего несколько минут…
Сантэн улыбнулась ему своей новой улыбкой и коснулась кончиками пальцев небритой щеки хирурга.
— Вы добрый человек, Бобби… но отец моего сына — Майкл. Я подумала об этом. Ребенку не нужен другой отец.
— Сантэн, вы не понимаете! Что скажут люди? Ребенок без отца, молодая женщина без мужа… Что они будут думать?
— Пока у меня есть мой малыш, Бобби, мне… как это по-английски? Мне плевать на это! Люди могут говорить, что им вздумается. Я — вдова Майкла Кортни.
Во второй половине дня они наконец нашли полевой госпиталь, который искали. Он стоял на поле рядом с Аррасом.
