— Сейчас его здесь нет, — пояснил молодой офицер. — Но вы можете пройти внутрь вместе со мной. Он должен довольно скоро вернуться, а вы пока отдохнете и поедите. Похоже, вам обеим это не помешает.
Он взял у Сантэн сумку.
— Пойдемте… эта женщина ведь с вами?
— Это Анна, моя служанка.
— Пусть сядет впереди, с Сангане. — Он помог Сантэн сесть в лимузин. — Немцы заставили нас посуетиться в последние дни. — Он сел рядом с Сантэн на мягкую кожу. — И похоже, что и вам тоже досталось.
Сантэн оглядела себя: одежда на ней пропылилась и изорвалась, руки были грязными, под ногтями темнели полоски. Она вполне могла себе представить, как выглядели ее волосы.
— Я только что вернулся с линии фронта, — продолжил Джон Пирс. — Генерал Кортни отправился туда, чтобы самому оценить ситуацию. — Он вежливо отвел взгляд, когда Сантэн попыталась немного пригладить волосы. — Ему нравится там бывать… этому старому вояке до сих пор кажется, что он на бурской войне. Мы сейчас у Морт-Ома…
— Это как раз моя деревня.
— Уже нет, — мрачно поправил ее Пирс. — Теперь она немецкая, или почти немецкая. Новая линия фронта проходит сразу рядом с ней, с северной стороны, деревня обстреливается. Она уже почти вся разрушена… Уверен, вы бы ее и не узнали.
Сантэн кивнула:
— Мой дом обстреляли и сожгли.
— Мне очень жаль… — Пирс поспешил продолжить: — Как бы то ни было, похоже, что мы их остановили. Генерал Кортни уверен, что мы сможем удержать их у Морт-Ома…
— А где генерал?
— Он на совещании в главном штабе дивизии. Должен вернуться вечером. Ну вот, приехали.
Джон Пирс нашел для женщин монашескую келью и человека, который принес им еду и два ведра горячей воды.
Когда они поели, Анна раздела Сантэн, поставила ее над одним из ведер и отерла губкой с горячей водой.
— Ох, как это чудесно! — вздыхала Сантэн.
— Наконец-то ты моешься без жалоб, — проворчала Анна.
Она вытерла Сантэн своей нижней юбкой, потом достала из сумки чистую одежду и расчесала волосы девушки. Густые темные локоны сильно перепутались.
— Ой, Анна, больно!
— Все это слишком хорошо, чтобы продолжаться, — вздохнула Анна.
Закончив, она настояла на том, чтобы Сантэн легла на койку и отдохнула, пока сама Анна будет мыться и стирать их грязную одежду. Однако Сантэн не могла лежать спокойно, она села и обхватила колени руками.
— Ох, милая Анна, у меня для тебя удивительный сюрприз…
Анна свернула в узел свои густые седые волосы и насмешливо посмотрела на Сантэн:
— «Милая Анна», вот как? Должно быть, новость и вправду хороша.
— Ой, да, да! У меня будет ребенок от Майкла!
Анна застыла. От ее красных щек отхлынула кровь, они стали серыми от потрясения, и она уставилась на Сантэн, не в силах произнести ни слова.
— Это будет мальчик, я уверена! Я просто чувствую это! И он будет таким же, как Майкл!
— Как ты можешь быть в этом уверена? — выпалила наконец Анна.
— О, я уверена! — Сантэн, не слезая с койки, быстро встала на колени и подняла блузку. — Посмотри на мой животик — ты разве сама не видишь, Анна?
Ее светлый гладкий живот был плоским, как всегда, единственным, что нарушало его безупречную поверхность, была аккуратная ямочка пупка. Сантэн энергично выпятила живот.
— Разве ты не видишь, Анна? А могут быть даже и двойняшки, отец Майкла и генерал — близнецы! Такое передается, Анна… Ты подумай, Анна, двое таких же, как Майкл!
— Нет, — в ужасе покачала головой Анна. — Это просто одна из твоих выдумок. Поверить не могу, что ты и тот солдат…
— Майкл не солдат, он… — начала было Сантэн.
Но Анна продолжила:
— Поверить не могу, что дочь дома де Тири позволила обычному солдату использовать ее, как какую-нибудь судомойку!
— Позволила? — Сантэн рассерженно опустила блузку. — Я не позволила, я помогла ему это сделать! Он сначала, похоже, и не знал, как приступить, так что я ему помогла, и мы прекрасно справились!
Анна обеими ладонями зажала уши.
— Я не верю, и я не собираюсь слушать! Только не после того, как я учила тебя быть настоящей леди… просто не стану слушать!
— Тогда как ты думаешь, чем мы занимались по ночам, когда я уходила к нему? А ты знаешь, что я уходила, вы ведь с папой поймали меня, разве не так?
— Мое дитя! — взвыла Анна. — Он воспользовался…
— Ерунда, Анна! Мне это нравилось! Мне нравилось все то, что он со мной делал!
— Ох, нет! Я не могу поверить! К тому же ты не можешь знать наверняка, не так скоро. Ты просто дразнишь старую Анну. Ты шутишь, и шутишь жестоко!
— Ты ведь знаешь, что меня тошнит по утрам.
— Но это не доказывает…
— А доктор, Бобби Кларк, военный врач? Он осмотрел меня. Он мне сказал…
Анна наконец онемела и замолчала. Да, деваться было некуда: ее дитя убегало по ночам, девочку тошнило утром, и Анна всегда верила докторам… А еще этот странный и неестественный подъем духа у Сантэн…
— Значит, это правда, — сдалась она наконец. — Ох, и что же нам делать? Ох, добрый Боженька, спаси нас от скандала и бесчестья… Что же нам делать?
