Дулин призвал вовсе не такую Черепаху. Он проделал в земле дыру. Без предупреждения. Секунду назад земля под их ногами была твердой, а через мгновение в хижине образовался круглый колодец диаметром в пять шагов, с неизведанными чернильно-черными глубинами. Только чудом никто в него не рухнул. Пипацзы и Ляньхуа с визгом отскочили от края.
Дыра закончила расти точно у ног Дулина, но почва и камни еще сыпались с краев в пустоту.
Рин медленно заговорила, чтобы не спугнуть Дулина – вдруг он случайно всех их похоронит.
– Отлично. Как думаешь, ты сумеешь вернуть все как было?
Он ошарашенно уставился на дыру, словно пытался убедить себя не только в ее существовании, но и в том, что он сам ее создал.
– Не знаю.
Он дрожал. Рин прикоснулась к его плечу:
– Что ты чувствуешь?
– Она… она голодная, – смущенно отозвался Дулин. – Похоже, она хочет еще.
– Чего?
– Яму пошире. Она хочет увидеть солнечный свет.
Его голос дрогнул. Рин догадывалась, какие воспоминания привели его в Пантеон. Он наверняка вспоминал, как его похоронили заживо.
– Она хочет на свободу.
– Еще бы, – сказала Рин. – Но, пожалуй, лучше попробуй где-нибудь подальше от нас.
Дулин нервно сглотнул и кивнул. Гул в яме затих.
– Генерал Фан! – окликнула Рин Пипацзы, стоящая с другой стороны ямы. – Мне кажется, нам понадобится хижина побольше.
На следующий день Рин и ее рекруты еще до рассвета отправились на пустынное плато, где вызванные ими боги не могли бы повредить жителям поселения Чолана.
– И далеко вы собрались? – поинтересовался Катай.
– Миль на пять, – ответила Рин.
– Не так уж далеко. Лучше на десять.
– Мы все равно до вас не достанем!
– Тогда на восемь. Отведи их как можно дальше отсюда. Не стоит уничтожать всю армию еще до того, как это сделает Нэчжа.
Рин набила сумку провизией на четыре дня и таким количеством наркотиков, которого хватило бы, чтобы убить четырех слонов, и повела рекрутов по обширному плато Скаригон. Они шли все утро и остановились, только когда солнце стояло высоко в безоблачном, интенсивно синем небе, а температура стала обжигающей, несмотря на непрекращающийся ветер.
– Это место подойдет, – решила Рин.
Во всех направлениях до самого горизонта раскинулась плоская, выжженная степь. Ни деревьев, ни скал, ни холмов, которые могли бы послужить укрытием, но ничего страшного – они взяли с собой два складных шатра, а небо не обещало изменения погоды как минимум на два ближайших дня.
Рин сняла заплечную сумку и бросила ее на землю.
– Выпейте воды, а потом приступим.
Пипацзы уже жадно пила из фляги. Она икнула и вытерла рот ладонью.
– И чем займемся?
Рин улыбнулась:
– Отойдите подальше.
Они отошли на несколько шагов, с опаской наблюдая за Рин.
– Еще дальше.
Рин подождала, пока они окажутся хотя бы в двадцати шагах. Потом вытянула руку к небу и вызвала огонь.
Пламя пронзило ее, как разряд молнии. Это было восхитительно. Огонь разгорелся сильнее, и Рин купалась в собственной силе, не сдерживая себя, испытав почти такой же восторг, как на горе Тяньшань.
Заметив широко открытые глаза и восхищение, написанное на лицах рекрутов, она засмеялась.
Она понежилась в столбе огня еще несколько секунд, а затем спрятала его внутри.
– Ваша очередь, – сказала она.
В следующие несколько часов Рин присматривала за Пипацзы и Ляньхуа, которые испытывали свои возможности друг на друге. Пипацзы опустилась на колени и прижала ладони к земле. Через несколько секунд на поверхность вылезли из нор существа всех размеров и форм – черви, змеи, длинноногие степные крысы, птицы. Они извивались и визжали, отчаянно царапая проступающие черные вены.
– Хватит, – приказала Рин, и Ляньхуа поспешила вернуть животным первоначальный вид, одному за другим, пока от черноты не осталось и следа.
Границы способностей Ляньхуа быстро стали очевидными. Поверхностные раны она могла исцелить меньше чем за минуту, на сломанные кости и внутренние кровотечения требовалось чуть больше времени, но, похоже, смертельно опасные раны лечению не поддавались. Жертвы Пипацзы по большей части умирали за считаные секунды, и все усилия Ляньхуа были напрасны.
Границы возможностей Пипацзы были менее очевидны. Поначалу Рин решила, что ей необходимо прикоснуться к коже, но потом оказалось, что яд Пипацзы просачивается даже сквозь почву, добираясь до подземных существ.
– Давай попробуем с водой в пруду, – предложила Рин. Ей пришла в голову чудовищная, но восхитительная мысль, но не хотелось озвучивать ее до подтверждения. – Посмотрим, не увеличит ли это радиус действия.
– Но нам нужна эта питьевая вода, – возразил Дулин. – Другой пруд в миле отсюда.
– Так наполните фляжки, а когда Пипацзы закончит, перенесем лагерь к следующему пруду.
Они подчинились. Как только фляжки были заполнены, Пипацзы склонилась над прудом, сосредоточенно нахмурившись, и опустила в воду пальцы. Ничего не произошло. Рин надеялась, что по пруду растекутся черные полосы, но вода осталась мутной, болотно-зеленой. Потом на поверхность начала всплывать кверху брюхом рыба, раздувшаяся и потерявшая цвет.
– Мерзость какая, – сказал Дулин. – Рыбу на ужин лучше выловить в другом месте.
