— Так давай я научу. Чего смеешься? Не велика наука. Лишь бы сила в руках была.
— Какая уж сила, Ладимир? — засмеялась в ответ. — На меня глянь. Если уж колдовская.
— Давай, лисица, бери лук, становись.
— Да ладно тебе!
— Давай-давай.
Он вложил в мои руки лук. Сам стал сзади — будто обнял — показывая, как держать.
— Вот здесь плотнее возьмись, держи крепче. Стрелу держи.
Упругое оперение коснулось моих пальцев. Пестрое будто не наше. Где он только стрелу такую нашел?
Осторожно, стараясь ничего не испортить, я натянула тетиву. Ладимир поддерживал меня за локоть.
— Тише, Вёльма, замри, прицелься да не тяни время…
Я смотрела на мишень.
Мир сузился до натянутой тетивы и легкого поскрипывания дерева. Стук собственного сердца казался громом.
— Еще немного, — прошептал Ладимир, — сильнее.
Я чуть отпустила тетиву, а потом резко натянула. Пальцы разжались, мелко задрожала нить тетивы.
Миг, всего один выдох и два удара сердца…
Стрела бесшумно вонзилась в мешок. Я открыла глаза.
— Не так просты лисицы, — Ладимир даже присвистнул. — Гляди-ка, попала.
Выпущенная мной стрела торчала из края мишени.
— Чур меня, — невольно проговорила. — Неужто попала?
— Своим глазам не веришь, так хоть моим поверь, — усмехнулся любимый.
— Дай, еще попробую.
— Эк тебя разобрало.
Я схватила новую стрелу из колчана и уже сама, пусть и неумело натянула тетиву. Ладимир снова был рядом, каждое движение мое направлял. Теперь мне уж не только свое сердце, еще и его слышалось.
Новый выстрел и я промахнулась. Опустила лук и растерянно взглянула на Ладимира.
— Выходит, ничего не получается у меня.
— А ты думала, сразу валькирией станешь?
— Кем?
— Один скельдиан сказывал мне, что в стране его верят будто павших воинов девы-воительницы в ихнюю навь относят на руках.
— Валь-ки-ри-и, — по складам повторила я. — Ладно звучит. И чего раньше не говорил, что со скельдианами знаешься?
— Разве ж я знаюсь? Так, по пути как-то встретились.
Он обнял меня за плечи и поцеловал.
— Будет тебе болтать, бери еще стрелу.
Я снова схватилась за лук, но тут же остановилась.
— Про скельдиана расскажешь?
— Зачем тебе? — удивился Ладимир.
— Расскажешь? — я только улыбнулась.
— После расскажу, — ответил колдун.
Его рука снова легла на мою, а губы зашептали на ухо. Я прикрыла глаза на миг и натянула тугую тетиву.
И не было в мире больше никого… И не нужно никого было.
«Без солнышка нельзя пробыть, без милого нельзя прожить» - славянская пословица.
Стоило мне только войти, как Тишка, плут эдакий, колесом перевернулся и обнимать кинулся.
— Ай, лисица, рыжая-бесстыжая! И не берет тебя ни волшба, ни хворь!
— Ой, пусти, окаянный! — закричала я.
Откуда только силища такая, меня на руки подхватить-то?
— Цветет ли омела нынче? — вдруг спросил шут, подмигивая озорно.
— Чего ж не цвести? — ответила, будто вопрос без второго дна. — Буйным цветом трава колдовская.
— Тишка, поганец, уйди от нее, — скомандовала Варвара.
— Ой, люди добрые, убивают меня бедного-несчастного.
Дурак схватился за голову, упал на пол и ползком отправился под лавку.
— Злыдня — Варвара! — пропищал оттуда.
— А ну-ка…
— Уууух! — погрозил ей сжатым кулаком.
— Как ты, Вёлька? Жива ли, здорова?
— Жива, вишь, — развела руками только.
— Ну и ладно, — улыбнулась Варвара. — Мы с Всеславом думали, нескоро объявишься.
— Так где ж он сам?
— А где ж ему быть-то?
Я оглянулась. Заклинатель сидел на своем привычном месте, с посохом в руке. А ведь только что, миг назад, не было его там. Видать опять глаза мне отводил.
— Доброго дня, уважаемый, — чуть склонилась я.
Всеслав только кивнул с улыбкой.
— Знать, готова принять знак Дома Предсказаний?
Принять знак — медальон, точь-в-точь такой, как Варвара носит — не значит, посох принять и в совет войти. Значит лишь, что навеки ты себя связываешь с Домом, что не сможешь уже отказаться. Не давая клятвы, путь служения выберешь.
Думала я уж не раз об этом. Пока без знака, всегда вернуться могу, в яви жить, не ходить на Изнанку больше, свободной остаться. Тогда и замуж выйти смогу, и уйти хоть в саму Скельдианию.
Думать-то думала да только коли уйду, не видеть мне Ладимира больше. А разве ж смогу теперь без него? Нет уж. Приму знак, ученицей Всеслава стану. Пусть и не стать мне женой Ладимиру, так хоть рядом буду, до самой смерти.
— Готова, Всеслав, — ответила. — Хоть сейчас приму и носить стану.
Заклинатель улыбнулся.
— Хорошо ли подумала?
— Боги за меня решили. Все равно теперь нет пути другого.
— Варвара!
Женщина подняла и исчезла в чулане.
Тишка, услышав ее шаги, зажмурился, после открыл один глаз и высунулся из-под лавки.
— Ушла? — спросил громким шепотом.
— Вернется, Тиша, вернется.
— Ох, горе мне, — простонал шут и полез обратно.
