На депозит положу, квартиру сниму где-нибудь в городе, в котором меня никто не знает.
Начну работу искать. Я ведь не дура, работала много лет, есть опыт…
Правда, характеристика у меня паршивая, но что-нибудь придумаю, да?
Выхода у меня нет.
Главное, сердце собрать из осколков и не вестись потом на соседство Архипа.
Шмыгнув носом, поднимаю взгляд, разглядывая низкие облака, нависшие над вокзалом, погруженном в душную дрему.
Мысли мои такие же тихие и вдруг...
— ЛЮДА!
Знакомый голос, от которого сжимается все внутри.
Я оборачиваюсь — и вижу его.
Архип.
В криво застегнутой рубашке, с взъерошенными волосами.
Он несется ко мне, перепрыгивает через ограждения, не обращая внимания на охранника.
Вскочив, прижмаю сумку к груди.
В мыслях только одно — БЕЖАТЬ!
Но куда? Как?
Глаза Архипа — словно прицелы, не оставляют ни единого шанса!
Он быстро оказывается рядом со мной.
В мгновение ока.
— Ты... как... Зачем?! Почему сбежала, не сказав ни слова? — выдыхает возмущенно мне в лицо.
Его пальцы стискивают мои плечи, до боли.
Встряхивает легонько.
— Больше никогда, слышишь! Никогда так не делай!
Он вырывает у меня сумку из рук, бросает, а затем прижимает к себе так сильно, что ребра трещат.
— Ты куда собралась, дуреха?! О чем ты только думала, когда решила от меня сбежать?
— Отпусти! — пытаюсь вырваться, но он не дает.
— Нет.
— Кобель! Не хочу встречаться и зависеть от изменщика какого-то! — выкрикиваю я, оттолкнув его. — Спасибо, одного хватило! Второго такого я не потерплю.
— И не надо терпеть, дуреха. Я ведь люблю тебя.
После этих слов Архип целует меня.
Прямо здесь, на вокзале, при всех.
Глубоко и страстно, без права на отказ.
Кто-то ахает, кто-то свистит, но Архипу как будто плевать на мнение посторонних.
Его поцелуй поглощает меня, не оставляет шанса на побег.
— Архип… — слезы катятся из глаз. — Зачем это все? Отпусти…
— Слушай меня, — он отрывается, держа мое лицо в ладонях. — Это все ерунда, хрень собачья! Все, что ты видела. Все, что прочитала тайком. Херня! Запомини.
— Я видела переписку! — пытаюсь вырваться.
— А ты видела, что я не ответил ей? Что я сразу поехал к этому уроду, Дане, и набил ему морду?
Я замираю.
— Но... Анжела...
— Сучка, вот кто она такая. Приехала тайком, узнала, что я живу не один, и начала собирать сведения. Как-то наткнулась на это… И принесла мне, как новость.
— Боже! — закрываю лицо руками. — Мне стыдно…
— Почему ты сразу мне не сказала, что этот урод так мелко и низко тебе решил отомстить?
— Ты… не поверил в это? — выдыхаю я изумленно.
— Только тупой и слепой, как пробка, мог бы поверить в эту хрень. Я попросил выяснить, кто разместил объявления, и сразу вышел на этого… Даню. Придурок поплатился своей челюстью и смазливым личиком, которое ему придется сшивать из лоскутков, — мрачно заявляет Архип. — Ты должна была мне сказать, я бы давно не оставил ни следа от этой грязной лжи.
Я не знаю, что сказать, просто слезы текут рекой.
— Тебя не было…
— Меня не было, потому что я отвез Анжелу и занялся выяснением всех нюансов. Действовали быстро, но все равно это стоило какого-то времени, — он замолкает. — Я не говорил, потому что решил, что мужики не о всех своих делах должны рассказывать. Приехал и сказал, что только ты мне нужна. Казалось, этого достаточно, чтобы ты не накручивала себя.
Архип тяжело дышит. Он не из тех, кто любит долгие объяснения, а сейчас ему приходится вывернуть напоказ всю душу.
Наизнанку.
Прилюдно!
Ведь кругом полно любопытных зевак, которые прислушиваются к каждому нашему слову.
Я всегда старалась не быть на виду у всех, но впервые в жизни мне абсолютно все равно, кто и что подумает обо мне и об Архипе, о нас.
Решается, может быть, моя жизнь и судьба…
На запыленном вокзале маленького городка.
— Ты был там… Ты выяснял… Почему ты не сказал? — возмущаюсья.
— Я сказал. Между мной и Анжелой все кончено. Эта шалашовка прогорела и решила вернуться обратно под бочок состоятельному мужчине. Да не нужна мне такая дырка, которая и налево, и направоз звезденкой подмахивает! Амбиции я свои тешил, когда был с ней, а потом… все перегорело, не было привязанностей к ней. Почему не сказал? — ерошит волосы еще больше. — Мне казалось, я довольно ясно выразился: ТЫ МНЕ НУЖНА. ТОЛЬКО ТЫ! Куда яснее?
Молчит.
И потом спрашивает.
С некой претензией:
— А ты почему ничего не сказала? Почему тайком прочитала и даже не дождалась объяснений? Хоть бы в бок меня ткнула, да высказалась с претензией?
— Потому… Потому что мне, наверное, казалось нереальным, сказочным, что такой, как ты, может выбрать… меня, когда есть другие, — улыбаюсь натянуто.
— Нет никаких других. Для меня есть ТОЛЬКО ТЫ.
Он сжимает мои руки и опускается на одно колено. Прямо здесь, на грязной брусчастке.
— Людмила.
Вокруг ахают. Кто-то достает телефон, начинает снимать.
