Эта неловкая картина заставила Тэлли вспомнить об одной деликатной вещи. Как и обещала, все эти две недели она пыталась найти способ излечить Наилона от бесплодия, срастив разорванные семенные протоки. Ее старания увенчались успехом. Способ она нашла, да только весьма и весьма неприятный.
Не просто неприятный, а еще и до крайности неловкий.
Вот уже три дня Тэлли ходила вокруг Наилона, стесняясь поведать о своем открытии. Но сколько уже можно было тянуть верблюда за хвост?
С тяжким вздохом она тронула эльфа за плечо, чтобы привлечь к себе внимание.
— Давай прогуляемся вдоль ущелья. Я хочу с тобой поговорить.
10 дней назад
Полог шатра был опущен. Сунув черепаху под мышку, Наилон поднял с земли два камня размером с мужской кулак и постучал ими друг о друга. Камни были оставлены у входа специально для этой цели — для незваных гостей, чтобы те могли возвестить хозяйку о своем появлении и не врывались внутрь без спроса.
— Можно?
Из темноты палатки не донеслось ни звука, и Наилон рискнул отодвинуть плотную ткань из шерсти черной козы.
— Кто-нибудь есть? — тихонько позвал он и, собравшись с духом, ступил в пыльный сумрак.
Цветастый ковер под ногами был весь в песке. Тут и там с потолочных балок свисали стеклянные банки, заполненные магическими кристаллами, мерцающими очень тускло. В воздухе витал сладкий запах благовоний. На полу стояла глубокая глиняная чаша, заполненная песком, и в этот песок были воткнуты несколько тонких дымящихся палочек. Перед чашей, в позе джина, то есть скрестив ноги, сидела женщина в ярком оранжевом платье. Ее сухие старческие руки покоились на коленях. Глаза были закрыты. Красные камешки, рисующие узоры на поплывшем лице, таинственно поблескивали. Женщина дышала глубоко и размеренно и никак не отреагировала на появление непрошенного гостя.
А Наилон застыл перед ней, не зная, что делать. Было неловко. В конце концов он вернулся на солнечный свет, решив подождать снаружи, пока аш Фатим закончит общаться с духами.
За пределами палатки поселение жило своей обычной шумной жизнью. Блеяли козы, ворчали верблюды, от шатра к шатру с криками носились маленькие детишки. Дети постарше помогали взрослым с домашними делами. Мимо Наилона прошел тощий мальчишка с двумя ведрами воды из колодца.
Черепаха в руках эльфа недовольно перебирала лапками, прятала голову в панцирь, а потом и вовсе попыталась укусить хозяина. Он уже устал ждать, когда полог за его спиной отодвинулся и худая рука, похожая на высохшую куриную лапку, поманила его внутрь.
В палатке все еще пахло благовониями. Миска с дымящимися палочками переместилась с пола на стол в темном углу. Жестом аш Фатим предложила Наилону устроиться рядом с ней на ковре, среди вороха разномастных подушек.
— Зачем ты пришел ко мне, чужеземец? — спросила она, с интересом наблюдая за беспокойной черепахой, вертящей головой.
— Я хочу попросить вас кое о чем, — Наилон не знал, как озвучить свою просьбу, и долго собирался с мыслями. Старуха терпеливо ждала, словно в ее распоряжении было все время мира.
Наконец, прокашлявшись, Наилон сказал:
— Вы здесь закон. Ваше слово имеет вес. Даже вождь клана не обладает таким влиянием как старейшины, а из всех старейшин вы самая уважаемая.
— Это так, — кивнула аш Фатим не без гордости за свое высокое положение в местном обществе. — Но к чему ты ведешь?
По глазам было видно: она раскусила гостя, уже знала, с какой целью он явился к ее шатру, и чем собирался платить за помощь. Ее взгляд то и дело соскальзывал к изумрудной черепахе.
— Вы можете запретить ши Газизу приближаться к бывшей жене. Можете ведь? Я уже понял, что многие важные решения здесь принимает совет старейшин.
— Запрещать что-либо не в моем праве, — хитро улыбнулась женщина. — Но я могу с ним поговорить. Могу высказать ему свое настойчивое желание, а уж следовать ли ему… Впрочем, — ее улыбка стала еще хитрее, — никто не хочет ссориться со старейшиной.
И она с намеком протянула ему руки открытыми ладонями вверх.
* * *
За время прогулки по ущелью Тэлли рассказала Наилону о будущем лечении. Предупредила, что одного зелья из панциря изумрудной черепахи будет недостаточно. Необходимо провести не самый приятный магический ритуал. Наилону придется обнажиться ниже пояса и…
— Я буду читать заклинание, а потом, — она покраснела и замялась, не в силах продолжить.
— Тебе придется меня коснуться? — догадался Наилон и, к своему удивлению, ощутил трепет предвкушения. — Коснуться там? Ты из-за этого переживаешь?
Сам он не испытывал ни капли неловкости: столько женщин видели его без штанов и трогали в неприличных местах — поздно смущаться и переживать за свою честь.
— Да, мне придется тебя коснуться, — кивнула Тэлли. — Но дело не в этом. Я знахарка и уже лечила мужчин. Помнишь, рассказывала, как одного из охотников покалечил внизу рогач?
— Тогда в чем дело?
— В том, — Тэлли отвела взгляд и нервно закусила губу, — что коснуться тебя мне придется не очень приятно.
