От Зора Меньшого — Брану Учителю.
Приветствую! Здоровья и счастья в делах!
По твоим наставлениям и по предложениям Мсты в Чистограде открыты обучалища Братстсва для выбранных нами одарённых сирот. Все расположены в Липовой слободе, где богатеи-лешелюбы строили свои роскошные особняки. Расселили в них учителей и ребят: тысячу мальчишек и триста девчонок. В других домах оборудовали учебные помещения. Пошили и в годовщину начала нашего восстания выдали всем особую одежду: повседневную и праздничную.
Учим их, воспитываем в духе Братства и служения рунскому народу. В полночь при свете сотен горящих факелов Ученики приняли присягу: „Клянусь вам, старшие братья, быть верным и отважным. Клянусь усердно учиться и честно трудиться во благо Руни. Да поможет мне в этом Полная Луна!“
Городской Совет решил, помогать молодым, которые решат создать семью в возрасте от 25 до 30 лет. Для них будем выделять жильё в Поречных Новостройках. Помнишь, где прежде стояли халупы бедноты? Так вот всё уже снесено и начато возведение кирпичных домов.
Открыли Свадебную светлицу, где будем торжественно вносить имена молодожёнов в Бархатную книгу. А в Шёлковую станем вписывать имена новорожденных.
Вчера наиболее отличившиеся строители получали на Круглой площади почетные мастерки и серебряные значки. Всё было душевно, празднично, к вечеру как-то само-собой переросло в танцы и гуляния до утра.
Однако, не думай, что мы тут прохлаждаемся, пока вы воюете. Докладываю: вместо тридцати камнемётов высылаем сорок два. Вместо двухсот самострелов — триста три. В целом всего, что намечали, произвели больше. Да ты сам убедишься, когда прибудет обоз.
Всего доброго —
… — Полная Луна! — ахнул Бран. — Да как же вы… Да что же это… Лекарей сюда!
— Ладно, Учитель… — прохрипел Радомир Лунь. — Не трать время на пустое. Мне дышать осталось всего ничего, надо успеть доложить…
Ратник забился в удушливом сипящем кашле, лицо его посинело. Схватил трясущейся рукой протянутую Браном фляжку с водой, жадно отхлебнул.
— Внутри горит… — пожаловался он. — Пусть все отойдут.
Бран обернулся, махнул рукой. Ждан оцепил воз с сухим камышом, на котором неподвижно лежал Лунь, полусотней самострельщиков. Ученики, исключая Вняту, вышли за пределы круга.
— Мы всё сделали, как было указано Златом. — торопливо заговорил Радомир. — Беспрепятственно добрались до ущелья Унхольчу. Начали поиски камней. Злат объяснил, как действовать при их обнаружении: страшно ядовитые… всё прочее… Короче говоря, первый чёрный булыжник нашли три дня спустя. Потом на целую неделю — как отрезало. И вдруг совершенно случайно увидели полузанесённую песком пещеру, а в ней — целую россыпь окаменевшего яда. И — куча костей… звериных и человечьих. Кто туда заходил, уже наружу не выбирался: один вдох и… Вот почему никто об этом месте не знал… Ну, мы надели мокрые маски и принялись подцеплять отраву крючьями. Наверх вытаскивали со всеми предосторожностями, приближались только с наветреной стороны. Злат зорко следил, чтобы никто не пострадал, так что отделались головной болью, да жжением в горле… Дайте ещё попить…
Радомир гулко глотая, допил воду.
