На подъезде в город мужчина застрял в пробке. Вереницы машин стояли друг за другом, светя фарами. Бросив взгляд на часы, Ли устало откинулся на сиденье — двадцать минут десятого. Кажется, он тут надолго. Очередная попытка дозвониться до Юри не увенчалась успехом. Она не хотела с ним разговаривать. Даже не сбрасывала, просто не отвечала. И это давало ещё больше поводов для раздумий: она злилась, или уже стало настолько безразлично, что она его заблокировала? Хмуря лоб, он думал набрать ей сообщение, но решил бросить эту затею. Если ему не отвечают, то и читать вряд ли станут. Кажется, лимит везения на этот день был исчерпан.
Поток машин, медленно продвигаясь, сужался вдалеке, пропуская вперёд по одной. У выезда случилась авария. В небольшой грузовик въехала легковушка, но, похоже, никто не пострадал. Мигающие сирены полиции и скорой помощи ярким и неприятным светом слепили глаза. Осторожно объезжая столкнувшиеся машины, мужчина наконец мог дать по газам.
Глухая неприятная пустота наполняла изнутри, не пуская внутрь ни одной, даже крохотной, эмоции и мысли. Вакуум. В голове будто непробиваемый кокон. Юри зашла в квартиру, скинула обувь у порога и босыми ногами пошлёпала на кухню. Бесцельно открыла и закрыла дверцу холодильника, хотя есть ничего не хотелось, и перешла в комнату. Заправленная кровать, у окна маленький столик, где она работала и ноутбук. Зачем-то открыв и закрыв шкаф с вещами, девушка подошла к окну. Она не знала, куда себя деть. Не знала, как избавиться от этой пустоты. Хотелось бы обвинить во всём Минхо с его тайнами и недомолвками, но он изначально сказал быть готовой к любой провокации. Обижаться на Гаюн? Бывшие, как пиявки, напоследок хотят присосаться, впиваясь побольнее. И вроде бы всё разрешилось, но чувство, будто её всё это время использовали, не покидало. Слёзы тоже будто все высохли разом. Оставалось только смотреть в окно и дать волю этому поглощающему чувству пустоты.
Минхо звонил не один раз. Первые два она просто проигнорировала, а затем и вовсе отключила звук. Не до него. Ей нужно было подумать, переспать со всеми этими мыслями, притаившимися где-то глубоко в чертогах разума.
Поздний звонок в дверь Юри немного напугал и будто отрезвил.
— Это ещё кто? — недовольно пробурчала девушка, лениво подходя и заглядывая в глазок.
Минхо стоял на пороге: взъерошенный и очень уставший. Где-то внутри предательски ёкнуло, но открыть она не захотела. Тяжело вздохнув и медленно сползая спиной по входной двери, девушка присела на корточки и вдруг почувствовала, как по щеке скатилась первая слезинка. Больно. Ей наконец стало больно. Горько, обидно и ненавистно от произошедшего.
Минхо продолжал звонить в дверь, зная, что Юри там. Видел свет в её окне, когда поднимался в подъезде, но не мог достучаться.
— Юри, открой, пожалуйста, нам нужно поговорить, — просьба. Искренняя и взволнованная.
Возможно, мужчина бы так и названивал, если бы его не стали прогонять соседи, которым начал мешать шум. Именно тогда Юри и сдалась.
— Зачем пришёл? — резко распахнула она дверь, смерив его злым взглядом.
— Давай поговорим?
— Вы успокоите свои нравы, молодые люди? Уже двенадцатый час! — возмутилась аджума по соседству, гневно грозя им кулаком.
— Простите нас, — извиняясь, склонился в поясе Минхо и кивнул Юри, чтобы та шла за ним. — Пойдём, на улице поговорим.
— Простите, — так же извинилась Юри и, быстро юркнув внутрь квартиры, прихватила тёплую рубашку.
Они стояли на том же самом месте, когда Минхо встретил её с букетом цветов. Вокруг горели фонари и ещё где-то проходили люди, спешащие домой.
— Прости меня, — заговорил Минхо, упрямо глядя в глаза. — Я виноват.
— А что, справки сегодня не будет? — ёрничая, не смогла сдержаться Ким. — Думал, будет правильнее, если я всё буду узнавать от других людей? От твоих доброжелателей?
— Я собирался всё рассказать тебе после совещания, — оправдываясь, Минхо попытался взять девушку за руку, но она только отдёрнула её.
— Поэтому прислал свою бывшую, чтобы она рассказала и с картинками показала будущие перспективы?!
Юри пылала ядом. Он лился и лился из неё, как вода из крана. Она даже сама не понимала, откуда в ней столько ехидства. И ненависти. Она готова была броситься на Минхо и придушить, только не слушать никакие оправдания. Всегда спокойная и держащая себя в руках Ким превратилась в фурию. Минхо был в не меньшем замешательстве, но уверен, что справится.
— Я начну по порядку, с самого начала, чтобы мы не играли в вопросы. Идёт?
Юри тяжело вздохнула и скрестила руки на груди, показывая, что не хочет, но готова слушать.
— Отец решил отойти от дел и податься в политику, — подбирая слова, начал рассказ Минхо. — Для учредителей это стало отличным поводом поделить фирму. Поскольку изначально это семейным бизнес, нас такое положение не устраивало. Поэтому я стал искать предателя. Настоял на переводе в филиал, а вместо меня собрание выбрало Кан Джемина. Это было отчасти просчитано.