ку Генки,помогая подняться. - Погоди,типа сейчас...ты наваливай-ся, я крепкий...
От пацана пахло потом, немытым телом, жвачкой, чем-то сырым. И крепким он тоже не был - тощий, Генка это ощущал. Но и запах, и готовность мальчишки помочь, и то, что он был тощий - всё это неожиданно слились во что-то очень дружелюбное и своё. Генка вдруг почувствовал почти нежность к этому пацану и бурк-нул:
-- - Ну похромали... я сейчас разойдусь...
-- 92.
-- - Как ты их! - восхищённо прошептал мальчишка, честно волоча
хромающего Генку. - Раз, раз, раз... - и он засмеялся приглушённо-звонко, словно маленький мальчишка, увидевший, как смелый, си-льный, а главное - добрый взрослый расправился с его давними и грозными обидчиками. - Тут сейчас...тут есть такое место... мы от-сидимся...
"Надо бы, - подумал Генка. - Там как минимум один вполне боеспособный, автомат,да и подкрепление уже летит - террористов ловить, конечно... Скинхедов, ваххабитов, нацболов, братковских "сынов полка" - о ком они там доложили, интересно? Фантазия-то у них буйная..."
Боль отвлекла его от этих мыслей, он охнул, и тащивший его мальчишка подбодрил:
-- Пришли почти... Тут это - осторожней...
Генка увидел широкий спуск, что-то вроде карьера, в даль-нем конце - решетчатую громадину то ли недостроенного, то ли по-луразрушенного здания.
-- Что это? - спросил он, против воли наваливаясь на беспризор-
ного. Тот ответил с одышкой:
-- Силикатный... завод... заброшенный...
Они прохромали через карьер к воротам, вошли на терри-торию мимо большого коллекторного люка. Было темно и тихо, но мальчишка упрямо и уверенно волок Генку на себе. Тот молчал, ка-ждый шаг отдавался рвущей связки болью. "Неужели искалечили?"
-- Сюда, - мальчишка повернул за угол коридора. - Ребята, это я!
Посреди большой комнаты без одной стены горел костёр. Во-зле него стояли и сидели в напряжённых позах с полдюжины чело-век.
-- Привет, - сказал Генка...
... - Спасибо, - сказал Генка, принимая коробочку с горячей "одноразовой лапшой", как назвала это блюдо длинноволосая дев-чонка лет 14 с хмурым лицом - опять Надежда,сезон Надежд...Ма-льчишку, приведшёго Генку, звал Макс, его ровесника, бывшего тут за главного - Вован. Ещё тут были двое пацанов лет по 12 - Бе-лый и Гриня - и три экземпляра мелочи, пацаны и девчонка, кото-рых не представили, но которые смотрели на Генку во все глаза.
Эта компания жила тут с начала лета. Вернее, жила не тут, а в тот самом коллекторе - хоть и тесном, но относительно удоб-ном. Днём старшие по очереди отправлялись в город на промысел. Вот, Максу сегодня не повезло - спёр товар при разгрузке из-под ментовской "крыши"...
-- Мы с Максом иногда аликов трясём, - рассказывал Вован рав-
нодушным тоном. Один из младших пацанов уже спал у него под боком, второй сидел возле девчонки и смотрел на Генку большими глазами. - Если сильно датый и при деньгах... Надька проститутка, без сутенёра, так, по воле - тоже опасно, могут убить запросто...
-- Хрен им, - девчонка показала,ловко выдернув из кармана, опа-
сную бритву, взятую умелым хватом. - Пробовали уже...
93.
-- Белый с Гриней тоже по этому делу, на любителя, не каждый
день, - продолжал Вован. Генка подавился лапшой, посмотрел на двенадцатилетних пацанов - совершенно обычных, они сидели рядом, Белый смотрел в огонь, Гриня хрипловато сказал:
-- Правда... За это платят хорошо, а у нас вон, трое мелких. Мы
сами из Эстонии, там около границы есть такой детский дом, на самом деле публичный, для европейцев и штатовцев. Туда русских пацанов, девчонок собирают. Мы оттуда сбежали год назад, через границу. А тут то же самое. Ну... полегче, конечно, тут ты сам ре-шаешь, сколько, с кем... а там как скажут...
-- А где ваши все?! - почти крикнул Генка. - Родители где?!
-- У него, - Гриня кивнул на Белого, - в автокатастрофе погибли.
они это - ну, типа против эстонцев были, им подстроили катастро-фу, а его сразу в детдом в этот. А у меня они бухают, я им зачем? Там то же самое, отец меня за бутылёк первый раз сдал...
-- И вы... - Генка невольно оскалился, словно ему было очень бо-
льно. - Но как же вы...
-- За это платят хорошо, - сказал Гриня. - Мы бы сами перебили-
сь, а вон у Надьки сестра и брат, и у Вована братишка, они же са-ми пока ничего не могут... ни воровать, ничего...
На какой-то миг Генка представил себе - а если бы у него было вот так... ну, мать, например, лежала больная, и нужны были бы деньги, позарез нужны, и предожили бы много и сразу за... он бы... Он ведь тоже согласился бы. Ведь это же - мама... И от возни-кшего в душе чувства гадливого осуждения не осталось и следа.Его дотла выжгла вспыхнувшая ненависть к тем, кто допускает всё это...и тут же хвастается с экрана телевизора "ростом","достижени-ями", "успехами",копит деньги, чтобы отдавать какие-то долги тем, у кого и так - миллиарды... Генка огляделся.
