Генка открыл глаза. Около него стояли двое - оба годом пос-тарше,с туповатыми лицами,крикливо одетые по последней негри-тянской моде.
-- - Что надо? - лениво спросил Генка.
-- - Это, - ухмыльнулся тот, который был повыше, с татуировками
на плечах, открытых вислой майкой. - Поговорить надо. Пошли ти-па в тамбур выйдем.
-- - Утром ты стремишься скорее уйти,
Телефонный звонок - как команда "вперёд!"
Ты уходишь туда, куда не хочешь идти,
Ты уходишь туда, но тебя там никто не ждёт...
1. Слова А. Акимова.
157.
Доброе утро, последний герой!
Доброе утро - тебе и таким, как ты...
Доброе утро, последний герой!
Здравствуй,
последний герой!
-- - Ну пошли, - Генка встал. - А о чём разговор? Закурить хотите?
-- - Да не, - этот тип снова ухмыльнулся. - Это типа. Щас. Пошли.
-- - Да пошли, пошли...
Генка допустил ошибку. Он не предполагал, что их не двое - как правило, такая публика старается сразу показать все свои наличные силы - это придаёт ей уверенности. Но их, очевидно, хо-рошо проинструктировали, потому что в тамбуре Генка получил пинок и пролетел через гостеприимно распахнутые двери насквозь в соседний вагон, где было пусто, если не считать ещё пятерых та-ких же человекообразных, дружно вставших со скамеек при виде Генки. Громче взревел переносной магнитофон, исторгавший рэ-пушную хрень на эбониксе(1.)
"Блин, - лениво и досадливо подумал Генка, - попал.... Пос-трелять их, что ли?.. Сзади двое, впереди пятеро... тесно."
Его подвело то, что больше времени на базар они не трати-ли.Генка крутнулся на пятке,пропуская вдоль спины мелькнувшую велоцепь, цапнул за пазухой ТТ...но удар укороченной бейсбольной битой по локтю заставил руку упасть. Для вооружённого битой это был единственный успех - Генка локтем врезал ему в горло, и в да-льнейшем разговоре этот нападающий не участвовал.Сзади сверк-нул нож - простенький китайский, на сером лезвии мутно отрази-лись жёлтые пятна электрического света. У двух спереди оказались такие же ножи. Генку замутило от досады.Неужели убьют? Пырнут ножом и выбросят в дверь... Вот чёрт! Он левой рукой полез под куртку, но эти гады явно понимали, что худощавый рослый парень с бесстрастным лицом хочет достать что-то очень неприятное - и бросились скопом.
Упали те двое, что были позади - нож, вылетев из руки хозя-ина, тонко звякнул об оковку угла скамьи, второй нападающий ус-пел тонко вскрикнуть: "Аййиии!!!" Перескочивший с упора через скамью плечистый кадет сдвоенным ударом ног в прыжке отпра-вил ещё одного вооружённого куда-то в сторону;его худощавый то-варищ рубанул бляхой ремня по последней руке с ножом, безжало-стно добавил ногой в лицо согнувшегося вдвое нападающего.Генка и сам не сразу сообразил, что теперь тех осталось двое против тро-их.А уж любители ночных приключений и вовсе окаменели. Только что их было семеро при трёх ножах, таких страшных и непобеди-мых, против одного - и юпс! Пошла другая пьянка...
-- - Бить будем? - деловито спросил плечистый,подбирая два ножа
и ловко играя ими - почти как братья Мачихины. - Или просто из вагона выкинем?
1. Псевдоязык на основе английского, которым пользуются негры США. Изобилует нецензурщиной, крайне беден словами и дополняется жестами и телодвижениями на манер обезьяньих "языков".
158.
Младший из оставшихся заморгал перепуганно, отвесил ни-жнюю губу.Худощавый кадет ударом ноги заставил заткнуться ма-гнитофон.
-- Парни, спасибо за помощь, - быстро сказал Генка. Крепыш
улыбнулся:
-- Да ладно... Мы видим - пошли, ну и решили посмотреть, что
там...
-- А если серьёзно, - сказал худощавый, - пять дней назад наше-
го одного в тамбуре по башке огрели и обчистили. Вот мы и обра-довались.
-- Это не мы... - хныкнул кто-то.
-- А ну-ка, всем встать! - прикрикнул рослый. - Встать, я сказал,
на скамейки, вот сюда, живо, ну?!.
-- Я Артём, он Мишка, - тем временем представил себя и друга
худощавый.
-- Женёк, - пожал Генка протянутую руку. - Они всё живы?
-- Пока все, - оценил на глаз Артём. - Но это ненадолго, я тебе
точно говорю...
- Так, - Мишка, широко расставив ноги, встал возле скамеек,
на которых сидели, хмуро сопя, все семеро нападавших. - Я во-обще-то предлагал вас выбросить из поезда. Вы бы его, - он кив-нул на Генку, - точно выбросили. Выбросили бы, сволочи... Но он вас пожалел. Поэтому действовать будем по-другому. Накажем вас, как наказывали взбунтовавшихся негров в благословленные времена...
-- - Мы не негры... - пробормотал кто-то из мальчишек. Мишка
презрительно спросил:
-- - Это кто там высказался, не подумав? - ответом было молча-
ние.- Негры, негры, - кивнул Мишка. - И по музону, и по базару, и по виду... А что кожа белая - так, может, вы из клуба поклонников Майкла Джексона? Может, вы последний месяц в "тайде" просиде-ли для маскировки? Поэтому делаем так... Встать всем!
Шестеро встали, глядя по-прежнему в пол. Седьмой - облада-тель биты - остался сидеть, буркнув:
-- - Чего я буду вставать...
Мишка молча нанёс ему удар по ушам ладонями, и тот пова-лился со скамьи в проход мешком. Остальные шарахнулись в кучу.
-- - Кто по счёту "десять" всё ещё будет в штанах и трусах, - про-
