И я не знаю, что произошло в моей голове, может, там что-то щелкнуло, может, я просто уже ничего не соображала, но мне неожиданно захотелось ее поцеловать. Разъяренную, дикую, раскрасневшуюся. И я поняла, что если буду обдумывать это, то просто упущу момент.
Я с силой впилась в ее губы. Грубо, совсем не нежно, и, честно, я ждала, что на мою голову опустится графин или что потяжелее, но через пару мгновений я почувствовала, что Снежана прикусила мою нижнюю губу, а руки ее обвились вокруг моей шеи. Я бедрами вжимала ее в край стола и целовала так, будто это был последний поцелуй в моей жизни. К слову, она, похоже, чувствовала, если не то же самое, то что-то очень близкое по ощущениям. Парой движений я заставила ее сесть на стол, а мои бедра оказались между ее ног. Пуговицы на ее блузке разлетелись по полу, она сдвинула все лежащие рядом предметы, не переставая целовать меня. Хотя поцелуй - не совсем верное слово. Она кусала, прикусывала, впивалась в мои губы в буквальном смысле. С какой-то нечеловеческой силой она стащила с меня майку, после чего вновь нашла мой рот. Я же уже расстегивала ее брюки.
Как я и предполагала, ее трусики были темно-синие.
Мы лежали на полу в моем кабинете на ее растеленном пиджаке, который до этого мирно висел на спинке стула. Вокруг нас были разбросаны бумаги, ручки, карандаши, папки. Я не знала, как мы сможем привести все в порядок, но мне было плевать.
Я повернулась на спину, а Снежана тут же положила свою голову мне на грудь.
- Черт, - пробормотала я, шаря под собой рукой.
- Что?
- Сейчас, - прокряхтела я и вытащила пуговицу от блузки Снежаны, - она мне в задницу впилась, - усмехнулась я, показывая находку девушке.
- Как я пойду домой? Ты мне все пуговицы оторвала.
- Ты же на машине. Наденешь пиджак, - улыбнулась я.
- Да, и все служащие гостиницы сразу поймут, чем я занималась.
- Можешь поехать ко мне. Хотя у меня нет блузок, но более-менее приличную кофту я тебе найду.
- Даже не знаю, - протянула Снежана, но я по голосу поняла, что она согласна.
- И у меня есть нитки и иголка. Можем пришить пуговицы и снова их оторвать, - задумчиво произнесла я.
- Звучит заманчиво, - ответила девушка и, неожиданно подняв голову, посмотрела мне в глаза, - что у тебя с Жанной Эдуардовной?
Значит, ревновала.
- Ничего. Мы просто с ней общаемся. Точнее, она пригласила меня на свидание, но я четко дала ей понять, что между нами ничего не может быть.
- Уверена? - с подозрением спросила она.
- Уверена. А что у тебя с ходячим дихлофосом? - в свою очередь поинтересовалась я.
- Ничего. Абсолютно. Просто пообедали и сходили в кино.
- Ты ходила с ним на свидание?! - возмутилась я.
- Для меня это не было свиданием, - пожала плечами Снежана, - я просто хотела, чтобы ты приревновала.
- Коварные женщины, - протянула я, - но тебе это удалось.
- Правда? - взгляд девушки стал игривым.
- Правда.
Нашу милую беседу прервал какой-то шум в коридоре.
- Черт, это, наверняка, уборщица. Она приходит к десяти, - подскочила я, натягивая одежду.
Когда дверь в кабинет открылась, и женщина с ведром стояла на пороге, мы уже были одетые и сидели за столом. Снежану я предусмотрительно усадила спиной к двери, чтобы не шокировать пожилую уборщицу видом обнаженного тела уважаемого аудитора.
Я отправила женщину восвояси, сказав, что у нас много важной работы, и что убираться сегодня здесь не надо.
К часу ночи мы приехали ко мне, еле-еле разобравшись с бумагами. С порога Снежана оказалась в моих объятиях, а раздевались мы на пути к кровати.
Надо ли говорить, что мы проспали. Мы опоздали почти на час, но догадались зайти в офис с разницей в несколько минут.
Благо, директора не было, а Жанна Эдуардовна была слишком увлечена работой, чтобы заметить наше отсутствие. Поэтому, как ни в чем не бывало, я спокойно прошла в кабинет и уселась за рабочий стол, ожидая Снежану.
8
Я даже не думала, что у меня будет такой "медовый месяц". Каждый день, точнее, ночь, мы проводили вместе. В основном у меня, но иногда оставались и у Снежаны. Оля уже несколько дней требовала встречи, но я решительно ее откладывала до выходных.
В субботу утром я стояла в ванной, вытираясь полотенцем, и отмечала, как преобразилась моя комната. На полках появились какие-то баночки, тюбики и пузырьки. Я напоминала себе ребенка, потому что я открыла и понюхала почти каждую. Дошло до того, что я лизнула какой-то мусс с ароматом персика. Эта хрень пахла персиком больше, чем сам персик. Как им удается делать такие штуки?
На крючке висел бюстгальтер Снежаны, а в стаканчике стояла ее зубная щетка. Я сама не поняла, как все эти вещи оказались здесь. Но удивительно было то, что мне это нравилось.
