Я же всегда была полной оторвой. В моем аттестате только одна пятерка, и та по алгебре. Остальные четверки. Некоторые даже символические. Нет, я никогда не была глупой, и особых проблем с обучаемостью у меня не было. Зато были с поведением. И с ленью. Я не видела смысла постоянно зубрить предметы, чтобы получить заветные пять баллов. Я ни хрена не делала и получала четыре. Меня все устраивало. Надо ли говорить, что такой вещью, как выполнение домашнего задания, я тоже не считала нужным заниматься. Я всегда выцепляла по утрам Снежану и брала у нее тетрадки, чтобы списать, сидя под лестницей на первом этаже. Несмотря на то, что учились мы в разных классах, программа обучения была одинаковая, чем я и пользовалась.
Странно то, что Снежана давала списывать только мне. Может, боялась связываться с главной хулиганкой школы. Потому что слава обо мне ходила по всему району.
Если что-то где-то случалось, особенно не очень хорошее, то непременно в этом была замешана наша компания. А к школьному инспектору я ходила, как к себе домой. Так же часто. И каким-то совершенно непонятным образом мы стали общаться со Снежаной. Сначала она меня "подтягивала" по географии, потом по обществознанию. Я ходила к ней домой, мы занимались, и я даже не заметила, как мы подружились.
Моя подруга Оля жутко ревновала меня к Снежане. Мы часто ругались из-за того, что я проводила много времени с ней. Но иного выбора не было. Снежана и Ольга на дух не переносили друг друга. Оля говорила, что Снежана просто выскочка, а Снежана, в свою очередь, считала мою подругу безответственной тунеядкой.
Только на последнем звонке они более-менее нормально общались, и то, потому что Снежана очень выручила Олю. У той порвалось платье, прямо перед торжественной частью, и Снежана, пробравшись в кабинет домоводства, стащила оттуда иголку с нитками и залатала платье подруги. На этом топор войны был зарыт.
Но я уверена, что Оля очень быстро отрыла бы его обратно, если бы узнала, чем для нас со Снежаной окончился выпускной.
На самом деле, все началось значительно раньше. Наверное, с момента моего осознания самой себя. Я поняла, что мне нравятся девушки еще лет в шестнадцать. В семнадцать я уже убедилась в этом наверняка, познакомившись в местном клубе с одной барышней. Она была старше и опытнее, а я выглядела тогда лет на двадцать. Косметика и правильная одежда могут творить чудеса. И кончилось это тем, что я ночевала у новой знакомой, открывая для себя все прелести женской любви.
Наше общение с этой милой дамой не имело продолжения, да мне это и не было нужно.
Но с того момента я по-другому смотрела на своих одноклассниц и окружающих лиц женского пола. И каким-то образом так получилось, что особенно я начала приглядываться именно к Снежане. Теперь стало предельно ясно, почему меня к ней так тянет. Она привлекала меня. Привлекала, как девушка, как женщина. Я не думала о том, влюблена я или нет. Мне просто нравилось проводить с ней время.
А когда я поняла, что излишне напрягаюсь, если слышу, как ее приглашает на свидание очередной придурок в пубертате, стало ясно, что простой дружбой, похоже, тут не пахнет. Но, к счастью, на всевозможные ухаживания мальчиков Снежана отвечала твердым отказом, поэтому мне удавалось скрывать все свои чувства и эмоции, что были для меня самой в новинку. Одно дело смотреть и отмечать, что девушка красивая, осознавая свое равнодушие к лицам мужского пола, и совсем другое - хотеть свою подругу и ревновать ее к каждому дереву.
Особенно расстраивал меня тот факт, что я знала, что Снежана собирается уезжать из нашего городка в мегаполис. Она не первый год лелеяла мечты о светлом будущем в городе возможностей. Хотела уехать из места, где, по ее словам, совершенно нечего делать. Я не разделяла этого мнения. Да, у нас не огромный город, тут нет бешеных зарплат и местами кое-где сохранились советские порядки. Но я никогда не хотела уехать. Меня все устраивало, а бешеный ритм и толпы людей на улицах - никогда не были пределом моих мечтаний. У меня были амбиции, но, видимо, не такие обширные, как у Снежаны.
На выпускном было много народу - три параллельных класса, учителя, родители.
И, конечно, моя компания во главе со мной и Олей, умудрилась пронести в ресторан шампанское, которое мы все дружно распивали в туалете. Многим было уже по восемнадцать, так что особо мы не волновались на этот счет, но все равно старались не привлекать внимания. Удивительно, что и Снежана высказала согласие на наше маленькое торжество, и вместе с нами, стоя в кабинке с пластиковым стаканчиком в руке, охотно пила шампанское.
Потом было решено двинуться на дискотеку, чтобы продолжить веселье. Благополучно досидев основную часть мероприятия, мы заверили учителей, что родители в курсе, что мы уйдем раньше, и отправились по домам, переодеваться, договорившись встретиться уже в клубе.
