Иногда приходят мысли, что это была моя первая ошибка в отношениях с ним. Нужно было вспомнить о существовании гордости и переболеть, пострадать, но поставить жирную точку в отношениях, а не пытаться начать всё с начала. Но тогда я была счастлива тем, что он позволил быть рядом и любить его. Второй ошибкой было решение перевести наш роман на новый уровень и дать ему то, что он не получил раньше – мое тело. С моей стороны это было чудовищно наивно. Ничего не изменилось, прежняя любовь не вернулась.
Дальше снова кошмар расставания, всего через месяц после воссоединения, и его появление к началу следующего лета. Всё это время в глубине души я ждала и верила в то, что он вернется. Пыталась встречаться с некоторыми парнями, но каждый раз меня хватало ненадолго. Всех сравнивала с любимым Стасиком, и всё… Конкуренцию не выдерживал никто, ну или почти никто.
Был в моём окружении один молодой человек по имени Кирилл. Я познакомилась с ним, когда училась в одиннадцатом классе, и он мне очень понравился. По иронии судьбы он был парнем моей подруги, той самой Лены. А это означало табу. Я не могла отбивать кавалера у лучшей подруги. Любовалась им издалека и даже не надеялась на что-то большее. Кирилл был пределом моих мечтаний: высокий, голубоглазый брюнет с подтянутой спортивной фигурой и прекрасными манерами. Он был хорош во всех отношениях: и красив, и умен, и хорошо воспитан. Буквально принц на белом коне.
Ближе к окончанию школы мы с Леной, а соответственно и с Кириллом, стали реже видеться – подготовка к экзаменам, репетиторы не способствовали частым встречам, а потом заботы с поступлением вовсе свели их на нет. И когда мы с подругой встретились вновь, оказалось, что у нее уже новый ухажер и именно с его другом она хочет меня познакомить.
Я сдавала зимнюю сессию на втором курсе, когда в моей жизни по чистой случайности снова появился Кирилл. Он вместе со Стасом учился на одном факультете и был прекрасным программистом. Как у меня оказался номер его телефона, я сейчас и не вспомню. Только без зазрения совести позвонила и попросила о помощи, когда сломался компьютер. Боялась, что не придёт, ведь о моей личной жизни знал весь их факультет от первого до пятого курса. Девушка такого заметного студента, как Стас, была известна всем и каждому. Он не позволял никому приближаться ко мне или проявлять интерес, и даже когда я стала бывшей, все относились ко мне так же как и раньше. Однако к моей радости Кирилл все-таки нашел время починить мой компьютер.
С тех пор мы стали общаться как хорошие друзья. Иногда по нескольку часов могли переписываться по смс. Из под стола во время лекции летели сообщения: обо всём и ни о чем, длинные и короткие. Потом стало интереснее, и мы начали подолгу болтать по телефону, а время от времени даже вместе ходили гулять. Стас знал о моем знакомстве с Кириллом и именно к нему жутко ревновал еще до того, как мы стали чаще общаться. Но поскольку был умным человеком не закатывал сцен, а мягко и ненавязчиво сводил на нет всё наше общение: старался не приводить меня в компании, где я могла пересечься с другом, а если такое всё же случалось, жестами, взглядами давал понять окружающим, что я принадлежу только ему.
Я воспринимала Кирилла именно как друга, хотя симпатии к нему никуда не делись. Да и вообще всё наше общение было с некоторым налётом флирта, но не больше. И мне это безумно нравилось.
Однако все прелести общения с голубоглазым брюнетом не шли ни в какое сравнение с появлением Стаса перед началом летней сессии.
- Я хочу, чтобы ты стала моей женой, - сказал он, появившись после полугодового молчания.
Бастионы рухнули, и я не смогла отказаться. Я опять летала на крыльях собственной любви, упивалась счастьем и не ожидала последовавших в скором времени потрясений. Всего пара недель, и я снова лечу с небес в пропасть. И причина на этот раз намного серьезнее – беременность его квартирантки.
- Я не могу без тебя, - твердил Стас, стоя посреди улицы на коленях. – Прости меня, Наталька. Я хочу, чтобы ты была со мной. Я давно уже принял решение жениться на тебе и всем родственникам, друзьям и знакомым сообщил о своем решении.
- А со Светой что же? Напоследок решил развлечься, - не удержалась от сарказма я.
Я плакала, а он стоял передо мной на пыльном асфальте и говорил.
- Наталька! Я долго думал. Если ты простишь меня, мы поженимся, а ребенку я буду помогать
В горле стоял ком, и я не могла отвечать. А Стас тем временем продолжал говорить, и вся его речь сводилась к одному – я ему нужна как воздух.
И тут я совершила третью ошибку – простила, потому что все еще любила. Только Стас всё равно ушел, когда его восемнадцатилетняя любовница пригрозила сделать аборт.
