— Умная, да? Сейчас тебе все выложил. Нет уж… Давай, где твои вещи, поехали…
— Стас, мне нужно собрать тетрадки…
— Завтра. Сегодня отдыхаешь. Собирайся, дорогая. Я тебе даже помогу свалить отсюда как можно раньше…
Но тетрадки я отстояла: Стас, чертыхаясь, сам складывает их в пакет, пока я надеваю куртку.
— Стас, аккуратнее! Они детям еще пригодятся, — увещеваю его, замечая, как небрежно он засовывает детские тетрадочки.
— Все с ними будет хорошо, не переживай!
Я так счастлива!
Счастлива не тем восхитительно обманчивым счастьем, которое застит глаза и заставляет забыть обо всем, кроме него. Наверно, это удел юности, но мое счастье не меньше. Оно другое.
Чувствую, как внутри продолжает гореть что-то ласковое и теплое. Оно разгорелось сейчас ярким пламенем огромного костра — весь мир заполнит — но было и раньше, немного светило мне среди крушений и потерь, иногда становясь совсем-совсем маленьким, крошечным угольком. Мне удалось эту кроху пронести через все, что было. Кажется, мне удалось.
Отче! Благодарю за все-все! Я не знаю тех слов, с которыми могла бы обратиться к тебе: они не в состоянии передать мои чувства. «Отче, будь со мной рядом и никуда не уходи»! А я буду продолжать учиться жить в любви, не завися от радости, не боясь потерь.
Да святится Имя Твое.
