— Ах да, Алена. Не станешь! В твоём случае остаётся ещё вариант номер два! Понимаешь, в чем дело, детка, когда я искал координаты планеты на схилковской тарелке, то совершенно случайно наткнулся на базу «маток», то есть будущих «родительниц» для схилков. Так вот ты, Алена, ему, — ткнул пальцем в Ара, — не подходишь. А вот его братцу очень даже! А значит… даже и не знаю. Скорее всего, ты умрёшь. Даже не так… он убьет тебя своей любовью. Затрахает до смерти!
— А тебе-то что до этого? — выдала тихо, давя в себе глухие рыдания. Всё-таки назвать шоком то состояние, в котором я находилась не сказать ничего.
— А я не дам тебе умереть, — так тихо-тихо. — Слышишь, Аленка, не дам! — Сарес забился в конвульсиях, пытаясь броситься ко мне. Но не успел. Ар вскинул руку, и Сарес замер, дергаясь в воздухе как кукла-марионетка.
— Отпусти, — выдавила из себя. Слезы душили, мешая говорить. Почему я поверила Саресу? Так просто… и сразу. Не знаю. Наверное, потому что видела искренность в его глазах.
— Алена, мы решим этот вопрос вдвоем, — зло произнес Ар.
— Он, — махнула в сторону Сареса, — сказал правду?
— Да.
— Я беременна?
— С вероятностью в девяносто девять процентов, — тихо произнес Ар.
— Ты убьёшь меня?
— Я избавлю тебя от плода.
— Ты не сделаешь это со мной.
— Сделаю. Иначе ты умрёшь. Схилки годами ищут свою единственную, Алена. Ту, что сможет родить от высшего схилка. И ты для меня… и единственная для меня не ты. Хотя сердце говорит иначе…
— А что сердце! Причем тут оно?! За подобное другой орган отвечает! — вклинился в наш разговор Сарес.
— Замолчи, — выдали мы одновременно с Аром. Но Сарес молчать не собирался:
— Алена, ты чокнутая?! Тут же все очевидно и понятно — мужик в первый раз до бабы дотронулся… вкусил, так сказать, сладость бытия, — вякнул Сарес, — что ты, что другая — ему всё равно. Не будь такой наивной!
Ар аккуратно взял меня за руку и вывел из камеры, увлекая за собой в капитанскую рубку. Сарес продолжал надрываться за стеной, но его слов я больше не слышала. Все мое внимание занимал Ар. Я просто не верила… не хотела верить, что все так, как сказал Сарес. Я помнила глаза Ара в момент нашего единения, его стоны и слова, нежные, мягкие, предназначенные для меня одной! Не может быть это все ложью!
— Алена, все не совсем так, как сказал Сарес. Но я хочу быть с тобой честен. В его словах есть зерно правды. Алена, ты не подходишь мне ни по одному показателю… а значит ты не сможешь от меня родить. Забеременеть … но не родить.
Я приложила все усилия к тому, чтобы удержать в глазах слезы, рвущиеся наружу. Было очень трудно, но я смогла сдержаться. Не дрогнув, произнесла спокойно:
— Если я забеременела…
Ар нетерпеливо меня прервал, не дав договорить.
— Алена, моя девочка с Земли, я так тебя люблю! Я понял это практически сразу, как увидел тебя. Я пытался бороться с собой… даже радовался, что ты убежала — твоя жизнь была в относительной от меня безопасности. Но не зря схилки не должны дотрагиваться до любимых женщин, я просто сума сходил от воспоминаний о нашем поцелуе, прикосновениях, твоих мягких податливых губах. Это выше моих сил, выше самообладания и воли. Мне бы не хотелось тебя потерять…даже не так, я не готов потерять тебя и не смог бы жить без тебя.
Я похолодела от страха. Вопрос вертелся на моем языке, и задать его я решилась не сразу:
— Ты собирался быть со мной, а потом, в случае моей беременности ты не позволил бы мне рожать?
— Ты бы ни о чем и никогда не узнала. Технологии не стоят на месте, любимая. Схилки идут в ногу со временем… женщины больше не умирают… от наших прикосновений.
Каким-то не своим, ужасно хриплым голосом я все же спросила:
— И ты смог бы убить свое дитя?
Его лицо заострилось от подавляемых эмоций, а глаза превратились в щель. В них поселилась тьма. Он прижал меня к себе, резко и сильно, и прошипел в самое ухо:
— Шансов на то, что ты родишь схилка и останешься жива, безумно мало, ребенок тоже вряд ли выживет. Хотя у него шансов несомненно больше, чем у тебя. Я люблю тебя и позабочусь о тебе, спрячу ото всех, и мы будем вместе. Мы будем счастливы.
— Безоблачное счастья, — тихо выдохнула я. Кажется, наконец, я поняла важную вещь — нам не быть вместе. Никогда не быть вместе…
Ар обнял меня крепче одной рукой, в его второй руке мелькнула зеленая капсула.
— Что это?
— Волшебное средство. Устраняет все последствия.
Я заторможено кивнула, Ар вытряхнул пилюлю мне в руку, и я послушно сунула ее в рот.
— У меня есть ещё мази… — добавил Ар аккуратно, — снимают боли, если нужно. — Я не хотел причинить боль… старался все сделать аккуратно. Хотя и это не совсем правда. Схилки и аккуратность в делах любовных не совместимы. Как ты поняла, мы теряем над собой контроль. А если испытываем чувства, так вообще «сносит крышу», как говорят у вас на Земле.
Я покачала головой, пряча взгляд. Ар нахмурился, а потом обхватил мое лицо ладонями, заставляя смотреть ему в глаза. И резко произнес:
— Я не хотел, чтобы все случилось именно так. Я люблю тебя.
— Я хочу пить.
