— Мне даром твой магистр не нужен. А теперь дай мне спокойно поужинать.
— Я тебя предупредила, — черноволосая отстранилась и провела ребром ладони по своей шее, многозначительно улыбаясь.
Когда свита вместе с королевной удалилась, ко мне пересела Мара с соседнего стола.
— Ты знаешь, кто это? Это же Лейлин! Она дочь какого-то герцога, самая богатая и популярная девушка в Академии. Не связывайся с ней, ладно? Я боюсь за тебя! — сказала Мара, умоляюще глядя мне в глаза.
От неожиданной заботы Мары мне стало легче. Хорошо, что хотя бы одному человеку в этом драконами забытом месте есть до меня дело.
— Это она со мной связалась. Мне до нее нет никакого дела. — гордо ответила я, вспоминая, что прекрасно могла себя защитить на колдовских полях. Не думаю, что эта змея Лейлин сможет продемонстрировать мне что-то новенькое.
Едва опустившись на кровать, я мгновенно вырубилась. Но надеждам на крепкий целительный сон не суждено было сбыться. В какой-то момент я оказалась в странном сне, где все было очень реалистично. Я стояла посреди темного соснового леса. Вдруг из тени вынырнул человек в черной мантии, его лицо было скрыто капюшоном.
— Рабыня, тебе нужно вернуться на поля. Скажи нам свое местоположение. — тяжелый голос ударил набатом. Я будто слышала его не только ушами, но всем телом.
— Ни за что! — собрав остатки мужества, ответила я.
— У нас твоя мать. Если ты не скажешь, где тебя найти, и не сдашься, она погибнет.
Такого я не ожидала. Замерев в страхе, мое сердце чуть не остановилось. Моя мама… Конечно, я не могла пожертвовать ей ради своей свободы. Но неужели так и кончится моя история вольной жизни?
На глазах выступили слезы, и я зарыдала, осев прямо на землю. Мне придется сказать правду.
Вдруг мое тело ощутило сильный толчок.
— Айна, Айна! Проснись же!
Голос раздавался будто из-под воды. Я очень захотела всплыть туда, потянулась из последних сил наверх и… Проснулась. Надо мной стояла Мара.
— Ты вдруг начала выть и плакать. Я решила, что тебе приснился кошмар, и разбудила тебя. Что случилось?
Взволнованная Мара вопросительно смотрела на меня, я же, казалось, не могла вымолвить и слова. Все внутри сжалось от страха.
— Ничего, просто сон плохой. — с трудом прохрипела я. — Иди спать.
Мара еще постояла несколько секунд, изучая мое лицо, затем все-таки удалилась, огорченно вздыхая.
Хорошо, что Мара разбудила меня до того, как я дала ответ. Конечно, они свяжутся со мной еще раз, вероятно, следующей ночью. Но у меня теперь есть время, чтобы подумать.
Похоже, я знаю, что сказать магистру О'Лири.
Я не помнила, как прошел учебный день. Мною словно завладел жуткий сон, из которого я никак не могла проснуться. Искусанные губы, синяки под глазами. В голове билась только одна мысль — О'Лири. Он мой единственный шанс, вот только вряд ли он захочет мне помогать.
К семи вечера ноги принесли меня к кабинету магистра. После стука двери резко распахнулись.
О'Лири выглядел раздраженным. Крылья носа поднимались и опускались от тяжелого дыхания. Черные волосы в беспорядке рассыпались по плечам. Глаза цвета стали буравили меня насквозь, но затем выражение в них несколько смягчилось. Вспомнил о предстоящем "развлечении"?
— Заходи, — магистр пропустил меня вперед и запер кабинет.
— Магистр О'Лири, прошу, послушайте, — прошептала я, ощущая, как глаза наполняются слезами. — У меня сегодня был очень реалистичный, насланный сон, где охотник на рабов сказал, что если я не сдамся, то они убьют мою мать. Я не успела ответить, меня разбудили, но… Сегодня ночью мне придется дать ответ. Я не стану вашей, поскольку мне все равно суждено вернуться в рабство.
О'Лири долго молчал, меряя шагами кабинет. Я уже перестала надеяться услышать ответ, как вдруг он сказал:
— Нужно выиграть время. Скажи, что ты теперь рабыня другого человека и принадлежишь ему. Он не отпустит тебя. Назови мое имя. Охотники переключатся с тебя на меня, а уж я найду, что им сказать, — холодно улыбнулся О'Лири. — При условии, конечно, что ты станешь моей.
Я оцепенела. Лучше ли был его вариант? Лучше ли отдаться человеку, которого я едва знаю, или вернуться в рабство? Пожалуй, у меня нет выбора. Я не стану возвращаться.
Я медленно кивнула на требовательный взгляд О'Лири. Что ж, пусть так.
— Раздевайся, — холодно бросил он.
Все будет прямо так, как с последней предгорной шлюхой? Мои кулаки сжались, но я не могла не повиноваться. Вся дрожа от страха и стыда, я медленно стянула с себя обувь и форменное платье, оставшись в нижнем белье.
— Все снимай.
Закрыв глаза и ощущая, как мои щеки заливает горячая волна стыда, я сняла последние крохи одежды, скрывающие мое тело.
— Открой глаза, — голос О'Лири стал тише и мягче. — Открывай.
Вся съежившись, я приоткрыла глаза. Магистр улыбался, как довольный кот, окидывая взглядом с головы до ног мое обнаженное тело. Охотник получил свою жертву.
— Не бойся, — он улыбнулся краем губ, взял мою руку, довел меня до дивана и усадил меня к себе на колени.
