Обняла голову жертвы второй рукой и резко рванула её влево до щелчка. Тело объекта тут же обмякло и упало с сидеңья. Перешагнув через труп, села на бархат рядом с самовлюбленным уродом, бросив взгляд на его бездыханное тело. Вдруг электрический удар прошиб насквозь грудь, скидывая на пол. Каждая часть тела пронзалась резким ударом, меня скручивало от невыносимой боли и подкидывало в воздух. Из горла рвался крик, но ни звука не вышло наружу. Меня словно прокручивали через мясорубку. Из глаз брызнули слезы, не в силах сопротивляться тому, что проходило сквозь тело. Я каталась по полу, не мечтая прекратить этот ад. Боль резко прекратилась, сменившись волной энергии. Мощь накачивала изнутри, словно опустевший сосуд. Вздохнув полной грудью, встала с пола, поднимая одежду и не спеша одеваясь. Застегивала платье, рассматривая второй труп в своей карьере охотника. На лице жертвы не успело отобразиться даже удивление. Чёртов ублюдок получил по заслугам. Надеюсь, его опекунша больше не вздумает засматриваться на малолеток, годящихся ей в сыновья.
Открыла дверь зала и медленно свернула к выходу из оперы. Не оборачиваясь, прошла к парковке, отыскав ту машину, на которой приехала с Дором. Несмотря на пронизывающий мороз и отсутствие верхней одежды, от одной мысли о Проводнике стало теплее. Сегодня он будет гордиться мной. Я в этом уверенна.
Практически дошла до машины, когда чья-то сильная рука схватила за локоть.
— Ты в полном дерьме, — металлические нотки в голосе Блондина, заставили вздрогнуть. — Тебя видели! Бл***,тебя видели! — открыл дверцу машины, запихивая меня вовнутрь.
Не понимая, что происходит, молча ждала, когда Проводник сядет в машину. Он резко распахнул водительскую дверцу, падая на сиденье, и завёл мотор.
— Первое правило охотника — позаботься о том, что бы покинуть место преступления незамеченной! — крикнул oн, ударяя кулаком по рулю.
Красивое лицо Проводника исказили жуткие вены, а нечто страшное пробегало под его кожей. Взвизгнув покрышками, машина резко сорвалась с места.
— Почему ты не увезла его в отель? Или не придумала другоė безопасное место? — кричал Дор, вжимая педаль газа в пол. — Ты, мать твою, понимаешь, что теперь может быть?
— Ты сам говорил, что последствий для носителей не будет, — всё еще не осознавала всей глубины проблемы.
— Да! Если ты уходишь незамеченной с места преступления, то никто и никогда не узнает о причастности носителя к убийству. Ты же, глупая идиотка, нарушила всё что можно! Тебя увидела старуха гардеробщица, выходящей из того проклятого зала! Теперь её, — пронзил яростным взглядом, ткнув пальцем в руку, — будут искать!
— Но ты не объяснял всего этого…, — наконец-то понимание происходящего страшной правдой накрыло сущность. — Чёрт, Дор… и что теперь делать?
— Мне плевать, что ты будешь делать с ней! Но то, что ты притянула неприятности на себя и меня, не могу проигнорировать.
Мы двигались в противоположном от отеля направлении. Блондин гнал машину, не объясняя, куда и зачем мы едем, а я молча сидела рядом, не решаясь задавать вопросы. Выехав из города, мы проехали ещё около трёх часов, свернув у какой-то придорожной гостиницы, которая была спрятана от глаз проезжающих небольшим садом.
Дор снял номер на двоих и, расплатившись наличными, молча провел меня в комнату.
— Нам нужно срочно избавляться от тела, — без эмоций сказал Проводник, открывая дверь номера.
— Сменить на другое? — не хотела верить в то, о чём он меня просит.
— Нет. Избавиться навсегда, — распахнул дверь, пропуская внутрь.
— Ты же не можешь убить носителя! — в ужасе сделала шаг в номер, протягивая руку к стене и включая свет.
— Он нет, — по коже поползли мурашки от донёсшегося из номера голоса, который я слышала когда-то, в прошлой жизни. — А я могу сделать всё! — передо мной возникли два прожигающих насквозь синих глаза, парализуя и не давая двигаться с места.
Прикосновение рук к шее и быстрая острая боль, заставила покинуть тело. Выпав из носителя, увидела девушку, валяющуюся на полу. Мой палач поднес руку к телу, и зеленые сгустки потекли в него, растворяясь.
Дор молча наблюдал за происходящим, бледный как снег, лежащий на улице. Незнакомец повернул голову к нему, молча изучая.
— Прости, Хозяин, — склонил голову Проводник. — Мы заслужили наказание.
— Пять душ за два дня! — спокойно сказал высокий брюнет, перешагивая через труп, приближаясь к Проводнику. — Ещё один прокол, и ты будешь сослан! — приблизился к Блондину, чётко проговаривая каждое слово. — А теперь, убирайся! — рявкнул Незнакомец, и Проводник растворился в воздухе.
Неужели мой Палач и есть Хозяин? Паутина страха сковывала даже ту единственную способность, которая у меня оставалась в этом состоянии — мыслить. После того, как правда о собственном убийце открылась таким образом, никакой надежды на светлое будущее не осталось. Брюнет развернулся ко мне, удерживая взглядом на месте.
— А для тебя у меня особое наказание! — поднял руку, притягивая к себе.
