Миновал установленный срок и напряжение достигло своего пика. Даже безликие, впервые допущенные до личных рабынь Ваала, пребывали в неестественно-боязливом состоянии. Οни с удвоенной тщательностью выполняли свою работу, подготавливая рабынь Хозяина к работе. Как и в мой первый день в Инфериатосе, двое безликих приводили моё тело в порядок, отмывая его, шоркая губкой, удаляя с него волосы и лишая запаха. В этот раз я не предлагала помощи, думая лишь о том, что к завтрашнему утру это безумие должно подойти к концу, и взывала к своим внутренним силам с мольбой, позволить мне пережить следующие сутки.
Закончив процедуры в ванной, безликие отвели меня в спальню, чтобы завершить создание образ. Из одежды меня ждали лишь крошечные трусики телесного цвета. Количество одежды, выдаваемой рабыням в качестве формы, меня больше не удивляло. И если хорошенько задуматься, то после времени, проведенного во дворце, меня вряд ли что-то могло удивить. Надев трусики, девушки собрали мне волосы в сложную прическу, но так, чтобы ни одна прядь не задевала плечи. Затем безликие открыли большую корзину, доставая из неё банки разных оттенков красного и золотого.
— Что это? — не справившись с собственным любопытством, спросила у девушек.
— Кровь и золото, — тихо проговорила одна из девушек, открывая алую банку.
Задержала дыхание, услышав ответ девушки.
— И что вы хотите с этим делать? — мысль о том, что моя кожа будет покрыта чьей-то кровью, заставила сердце биться в груди с удвоенной скоростью.
— Мы должны покрыть ими ваше тело, — также тихо ответила безликая.
— Зачем? — меня затрясло от отвращения, а к горлу подкатила тошнота.
— Таковы правила, — чуть напрягшись, сказала вторая девушка.
— Подождите, — выбежала в ванную комнату, оставляя безликих в недоумении.
Внезапно, в груди стало тесно, а весь воздух словно покинул помещение, перестав поступать в легкие. Я задыхалась, не в силах вернуть себе нормальную способность дышать. Чем больше я старалась выровнять дыхание, тем большую нехватку кислорода ощущала и острее чувствовала тошноту. Кровь. Чья-то кровь, текшая когда-то по венам, неважно животных или людей, окрасит мою кожу в алый цвет. Как прожить сутки измазанной кровью и не расстаться со вчерашним ужином на глазах у важных гостей? Да и почему кровь? Неужели нельзя сделать все тоже самое краской?
— У нас нет времени, — тихо постучала в ванную одна из девушек. — Если ңе подготовим вас сейчас, все будем наказаны.
Да, суровая реальность диктовала свои условия, напоминая, в каком месте мы живем, и кто здесь устанавливает правила.
— Секундочку, — брызнула в лицо холодной водой, восстановив контроль над своим телом.
Я понимала, что должна пройти через уготованное мне испытание любой ценой. И только после этого, начну искать способ избавиться от гнёта Ваала, уничтожающего последние воспоминания о прежней Александре, ломая её и превращая в бесхребетную тварь. Я знаю, что бороться с ним бесполезно. Но лучше я каждый день буду убивать себя, чем позволю ему извести мою истинную сущность. В этот миг осознание накрыло меня. Быть рабыней — не моя судьба!
Отполированная до зеркального блеска платина сверкала под ладонью Ваала. Пустые вражеские глазницы слепо взирали на вечность из-под слоя металла. Тысячи лет платиновый монстр служил символом власти, завладеть которым мечтал каждый в Инфериатосе и за его пределами. Жаждущие поклонения веками предпринимали попытки взобраться на Корус Синистри, в надежде впитать его тёмную мощь. Но ни один не смог завладеть его силой, не имея на то наследного права. Беспощадная расплата с полноправным хозяином престола тьмы освобождала путь для его палача, превращая в единственного хозяина Инфериатоса. За всю историю никто не смог уничтожить перворожденных властителей и насытиться энергией побежденных, замурованных под сакральным металлом. Агония, растянувшаяся на бесконечность, не даст освобождения от мук, непрерывно испытываемых сильнейшими из врагов, запечатанных под платиной и питающихся могуществом единственного обладателя силы.
Князь впитывал энергию Коруса Синистри, проникающую в его плоть и наполняющую сущность. Он взирал на гостей, заполняющих зал беспрерывным потоком, с престола Тьмы. Сильнейшие демоны разных мастей двигались в унисон, предвкушая торжество. Не каждый век проводились ритуалы подобного масштаба. Все подданные, наделенные титулом, жаждали присутствовать лично во время ритуала. Ваал следил за алчными и завистливыми лицами прибывающих. Останавливаясь у подножия престола, гости замирали в раболепном поклоне. Страх, ненависть и похоть, исходящие от приглашенных, тёмными щупальцами плотного кокона обволакивали Хозяина, укрепляя его неуязвимость. Зависть, спрятанная за улыбками и масками учтивости, смердила, перебивая ароматы крови, смерти и свежего запаха страха, доносящегося от рабов. Никто не смел проявить неуважение к Верховному Князю, находясь перед Корусом Синистри. Даже непросвещенный о силе Престола, каждый чувствовал могущество на расстоянии, боясь навлечь на себя его кару.
