Да… Ну, ничего ужасного, в принципе, не произошло. Хотя и пришлось ненавязчиво перехватить инициативу. В общем, терпимо. Но не часто. Постаралась скрыть от мужа своё в нём разочарование. Зря старалась. Моя реакция его мало интересовала. Льен далёк был от того, чтобы усомниться в собственном великолепии.
А меня соизволил похвалить.
-Совсем не плохо. Я тобой доволен.
И ушёл.
Хохотала я долго. До слёз. Правда, и сама не заметила, как, из злых, мои слёзы превратились в горько-солёные.
30/03
Пусть смерть князя Рдына и не стала для меня неожиданностью, но то, что случилось это на следующий день после свадьбы, даже меня слегка смутило. Вроде как не очень благостное предзнаменование для нашего с Льеном брака. Хотя, какие тут ещё требовались предзнаменования? И так всё ясно.
Вот, вроде и соглашалась я на такое замужество вполне осознанно, но кошки на душе скребли всё упорней, а обида на отца поднимала голову. Как он мог так со мной поступить?
Ответ на мучавший меня вопрос я получила на третий день после похорон.
Барон Дахар, ведающий казной Радежа, сообщил моему мужу, что у него есть для княжеской четы предсмертное письмо князя Рдына, которое он велел зачитать нам обоим, когда его бренные останки будут покоиться в родовом склепе.
Обращался в том письме усопший князь в основном к сыну. Пояснял ему, почему всё так должно быть, предостерегал нарушить подписанные им договорённости. Согласно письма, по брачному договору, я получала право неподотчётно ни перед кем распоряжаться третью радежской казны, что освобождало Радеж от всех долгов перед Ассией, которые накопились за время войны. Моим приданым, весьма щедро выделенным мне отцом, я также распоряжалась сама. На мои деньги муж посягать не мог ни при каких обстоятельствах. В случае моей смерти, всё наследовали мои дети, а при их отсутствии приданое надлежало вернуть в Ассию. Кроме того имелась одна интересная особенность. При вложении личных средств в экономику Радежа, именно я имела право на полученный от того доход.
Отец, практически, купил для меня Радеж, сделав это столь изящно, что загнанному в угол изнурительной войной князю Рдыну пришлось рискнуть и согласиться. Так, у его наследников оставался шанс сохранить за собой княжество. В противном случае он его терял, проиграв войну более сильному и богатому соседу.
Окажись у Льена побольше мозгов в голове, при правильном грамотном управлении страной, он вполне способен был удержать полноту власти в своих руках. Ведь раздел казны между нами происходил разово. А дальше, кто во что горазд. Так что, всё честно. И, спасибо, папочка. Я больше на тебя не злюсь. Мне теперь очень интересно, масса дел впереди. И даже Льен не сможет мне помешать получать от жизни удовольствие.
С одной стороны в традициях Радежа не было предусмотрено вмешательство княгинь в дела государственной значимости. И с этим нужно было что-то делать. Но грамотно, не привлекая не нужного внимания.
К моей радости министр-казначей у князя оказался человеком не глупым. И как мужчина был, на мой вкус, вполне себе симпатичным. Но это на будущее. Когда уж совсем невмоготу станет.
Ночные визиты Льена я терпела не долго. Надоело. И даже мысль о наследнике не остановила. Успеется.
Какому мужу понравится, когда жене, что ни день то неможется, то нездоровится? А рядом цветник из фрейлин, вполне послушных, выставляющих себя под его заинтересованные взгляды. Князь Льен отказывать себе в плотских радостях намерения не имел. Через его спальню, одна за другой, прошли почти все мои фрейлины. Забавно, что они в нём находили? Хотя, на подарки любовницам муженёк не скупился. Потом, видно, сравнив и выбрав, а, может, поддавшись особо активному напору, князь Льен обзавёлся официальной фавориткой. Не знаю, как она, но я этому обстоятельству весьма обрадовалась.
Князь забавлялся охотой, нежил своё тело, пристрастился к хмельным застольям и карточным играм. Государственные дела занимали его мало. И только благодаря предусмотрительности и последним распоряжениям князя Рдына Радеж более - менее благополучно пережил зиму.
С приближением весны потребовались денежные вливания в сельское хозяйство. Министр-казначей, как заведено было при князе Рдыне, принёс на подпись разрешение на закупку семенного зерна. И ушёл ни с чем. Льен ходил злой. Сумма, названная казначеем, казалась ему немыслимо огромной, когда ему самому деньги требовались совсем на другое.
И тогда к казначею барону Дахару пришла я. Потребовала полную раскладку по всем предполагаемым закупкам. Изучила вопрос досконально и оплатила необходимое со своих средств. Что либо докладывать князю, по этому поводу, запретила.
Когда в следующий раз князь отмахнулся от, пришедшего к нему просить денег казначея, тот уже сам пришёл ко мне. И снова я его выслушала, всё взвесила, дала необходимые распоряжения и подписала платежи.
